Забракованные

— Монтегрейн почти постоянно занят делами поместья, — заговорила она, по-прежнему глядя на мощеную мелким камнем дорогу за окном и колышущиеся шторы на распахнутом окне в двухэтажном доме напротив. — Они с Кристисом Дрейденом целыми днями пропадают или в кабинете, или в полях, или где-то здесь, в Монне.

— Дрейден — кто-то больший чем просто управляющий? — Скрипнули половицы — хищник за спиной приблизился.

— Как минимум близкий друг.

— А как максимум?"

"Она пожала плечами, все ещё обнимая себя и не оборачиваясь.

— Они любовники? — не получив уточнений, Гидеон сам выдвинул версию.

Любовники ли? Может быть, как раз этим объяснялся отказ ее мужа от консуммации их брака, а не его благородством, как она себе надумала?

— Не знаю, — честно ответила Мэл. — Вряд ли. У Дрейдена роман со служанкой.

Откусить бы себе язык… Но в то же время до ужаса хотелось жить — и с каждым днем все больше.

— Что еще? — довольство в голосе хищника, и снова скрип половиц — все ближе и ближе.

— Какие-то проблемы с делами. Не делился, но постоянно напряжен, перебирают документы, куда-то ездят.

— Хорошо-о-о.

Мэл невольно вспомнилась Шеба: когда она приносила играющим с ней Олли или Ронни брошенную ей палку, они хвалили ее примерно таким же тоном. Казалось, ещё чуть-чуть, и Гидеон почешет и ее, Амелию, за ушком и угостит косточкой.

— Еще?

— Завтра едем в какие-то приюты.

И вновь — за спиной тишина. Хищник замер. Готовится к прыжку или обдумывает стратегию? Мэл даже затылком чувствовала его прожигающий взгляд.

— Значит, приюты… — пробормотали позади. — Хорошо-о-о.

Большого труда стоило не обернуться и не посмотреть в глаза собеседнику — не могла, перед своими все ещё стояла пелена слез. От ощущения страшной ошибки. От неправильности происходящего.

— Значит, слушайте сюда.