Забракованные

— Да что? — Монтегрейн отложил вилку, поняв, что кусок в горло теперь не полезет.

— Ты вчера так и не рассказал, что сказал тебе Зиден.

Зараза. Попробуй что-нибудь утаи.

— Сказал, что Амелия была абсолютно права и все сделала очень грамотно.

— Хм… — многозначительно протянул друг.

— Что «хм»? — нахмурился Рэймер.

— Да не дамочка тебе досталась, а шкатулка с секретом. Леди в лазарете, с ранеными… Честное слово, я думал, что она наврала с три короба, чтобы залезть тебе под рубашку.

Монтегрейн еще раз вспомнил шрамы на запястьях Амелии и реакцию, когда он коснулся ее руки.

Рэймер покачал головой.

— Она не врала. — На самом деле, он сразу в этом не сомневался — слишком уж была заметна метаморфоза в ее поведении, когда та вдруг поняла, что ему требуется помощь: исчезла скованность, даже взгляд и тон изменились. — И давай больше без «дамочек», хорошо? Амелия мне помогла и как минимум заслуживает уважения.

Только отпивший из стакана воды Дрейден поперхнулся. Во все стороны полетели брызги.

— Ч-черт! — Крист схватил салфетку и принялся промокать рубашку на своей груди.

Монтегрейн ехидно осклабился.

— Еще раз настоятельно тебе рекомендую подумать над своими манерами за столом.

— Да иди ты, — огрызнулся Дрейден.

Рэймер усмехнулся и потянулся к своему стакану. Пожалуй, говорливости друга в последние дни ему все же не хватало. На самом деле, до появления тут Криста, этот дом напоминал скорее склеп — пустой и тихий.

— Переоденься и приходи в мой кабинет, — уже серьезно сказал Монтегрейн, убрав со своих коленей салфетку. — Мне нужно, чтобы ты перепроверил кое-какие мои расчеты.

Все еще обиженный Дрейден бросил на него оскорбленный взгляд и продолжил вытирать свою рубашку с особым рвением.

* * *"

"То ли из чувства противоречия, то ли из-за того, что обиженная Лана отказывалась теперь стирать его одежду, Дрейден заявился в кабинет во все ещё влажной на груди рубашке.

Рэймер, оторвавшись от бумаг, бросил на него косой взгляд, но смолчал. На прошлой неделе он сам имел «удовольствие» посидеть в луже на собственном диване. Так что каждый развлекается как может.

— Ну, чего хотел? — совсем не дружелюбно поинтересовался Дрейден и ногой отодвинул от стола стул. Плюхнулся на него, отчего ножки протяжно скрипнули, и скрестил руки на груди.

— Может, вам пора помириться? — не сдержался Монтегрейн.