Забракованные

Если чья-то жизнь мешала их интересам, эта жизнь с легкостью обрывалась. А личные друзья короля были неприкосновенны — любой, кто посмел бы пожаловаться на них, попадал под стражу сам.

Не так давно у Эйдана на службе случился скандал, закончившийся дракой Бриверивза с сослуживцем. Амелия не знала истинную причину конфликта, но официальное обвинение звучало как «покушение на убийство и измена». Не угодившего Эйдану человека повесили. А ему самому выплатили премию плюс внушительный процент со штрафа, заплаченного в казну семьей казненного.

И это был далеко не первый подобный случай: враги Бриверивзов жили недолго. И их счастье, когда под удар попадали они сами, а не вся их семья…

За стеной слышался звон посуды — слуги накрывали на стол. Сегодня на ужин должен был приехать лорд Бриверивз-старший, и на кухне шли приготовления с самого утра.

Годовщина свадьбы… Мэл невесело усмехнулась. Четыре года. Она была даже рада, что отец по состоянию здоровья не смог приехать поздравить дочь. С чем поздравлять? Улыбаться ему и притворяться счастливой женой?

При посещении Южного округа это было проще, несмотря на следовавшего за ней тенью Эйдана.

Так что да, она была рада, что лорд Грерогер не приехал.

То, что Бриверивзы решили не затевать праздник с гостями, было ещё одной удачей. Тихий «семейный» ужин — вот он, настоящий подарок.

Живот вдруг скрутило сильным спазмом, и Мэл согнулась, обняв себя рукой и силясь восстановить дыхание.

После выкидыша прошло уже два месяца. Целитель Досс утверждал, что ее организм, поддерживаемый наследственным даром, уже полностью оправился и боли вызваны скорее психологическими причинами, нежели физическими. Тем не менее приступы не прекращались.

Второй выкидыш за год.

В первый раз виной потери ребенка стал Эйдан — еще не зная о положении супруги, он был с ней очень груб. И после бурной ночи у Амелии открылось кровотечение.

"Во второй раз, едва Амелию затошнило, Эйдан взволновался не на шутку. Это были три месяца спокойствия в жизни Мэл: супруг не только не поднимал на нее руку — почти не дышал в ее сторону. Амелии даже стало казаться, что все может наладиться. Нет, она больше никогда не сможет любить мужа и доверять ему, но, возможно, им удалось бы жить в мире и воспитывать ребенка.