Фальшивая невеста

И… Даже на расстоянии я ощущала его магию. Тонкими иголками она прокатывалась по коже, заставляя все внутри замирать. Одно прикосновение. Мне нужно всего одно прикосновение, чтобы понять.

- Благодарю! - я протянула руку и перехватила его ладонь. - Не стоит. Ваше высочество, можно… я задам вам вопрос?

- Я вас внимательно слушаю, - удержав мою руку, разрешил его высочество. Смотрел в глаза внимательно, немного насторожено.

- Что такого особенного вы нашли во мне, что решили выделить среди других девушек?! - вопрос сам сорвался с губ.

Его высочество замялся, явно решая стоит ли говорить мне в принципе хоть что-то. Затем усмехнулся.

- Вы шли сюда, чтобы задать мне этот вопрос? Вас удивил мой выбор? Наверное, я ищу… - начал он, - ищу надежду, леди Оливия. Надежду на нечто большее, нежели партнерское соглашение между принцем и принцессой. Надежду на то, что я смогу доверять женщине, с которой разделю трон и ложе! И… - он бросил на меня короткий взгляд и снова отвернулся.

Его голос стал несколько напряженным, словно принц пытался спрятать за простым интересом - нервозность. Настоящей Оливии бы явился Дерек. Перед глазами вновь появился образ бледной Лив. Сердце сжалось.

- Фантом явился мне в облике моей сестры, - врать не было никакого смысла. - Больше всего на свете я боюсь… ее потерять.

Принц выдохнул, словно мой ответ был чем-то очень важным для него в этот момент.

- С вашей сестрой ничего не случится! - в его голосе появились хриплые нотки. - Это я вам могу обещать! Если желаете - то я лично беру на себя обязательства, опекать леди Роксану де Торенс.

Собственное имя больно резануло слух. Знал бы он, кто именно сейчас стоит перед ним. Нужно сказать. Открыться. Пока не стало слишком поздно.

- Леди Оливия, вы снова побледнели. - он перехватил меня за талию, видимо опасаясь, что я упаду.

- Все... в порядке!

- К слову, я хотел извиниться за свое вчерашнее поведение! Вы… - Он запнулся, подняв руку и рефлекторно поправив маску. - Вы заслуживаете лучшего отношения. И я не хочу, чтобы вы меня боялись!

Его голос, хриплый, усталый, надтреснутый, заставил внутри что-то дрогнуть. Сейчас он был настоящим.