Это (не) ваша дочь, господин маг

Адалин Ридвон

Я спускаюсь со стола на дрожащие ноги, в груди сердце продолжает биться так сильно, что, кажется, лопнут вены. Мне страшно видеть и слышать его реакцию, что, если новость, которую я решилась сообщить, его огорчит? Вот дурочка, и зачем ему сказала именно в этот момент? Нужно было не так и не здесь, он ведь подарил мне с этим документом, что сейчас лежал на столе, целый мир, а я всё испортила.

Я резко выдыхаю, когда Кан поднимается с кресла и неожиданно сгребает меня в охапку, выходит из-за стола и подбрасывает меня в воздухе как маленького ребёнка.

— Ай! — смеюсь я, хватаясь за его широкие плечи, понимая, что нас могут услышать и понять совсем не однозначно. — Что ты делаешь? — шепотом спрашиваю, гладя его шею.

Смотря на него сверху, на эти глаза… Впервые я вижу в них счастье, впервые вижу, как его лицо сияет от радости. Он опускает меня на пол и покрывает мои губы бесконечными нежными поцелуями, которые постепенно переходят в нечто большее. Он делает шаг, вынуждая меня двигаться вместе с ним.

— Моя любимая, моя Адалин, — говорит он то, о чём я мечтала каждый вечер после рождения Кери. — Я люблю тебя, не прекращу это повторять, — сжимает мои бёдра страстно и горячо, так что я чувствую кожей его внутреннюю дрожь.

— Я знаю, — отвечаю я.

— Поехали домой, — предлагает он.

Я киваю.

Мы покидаем отдел и, выйдя на улицу, попадаем прямо под распустившийся с серой тучки дождик.

— Чёрт, — ругается Кан, я улыбаюсь, припоминая его нелюбовь к мокрой погоде.

Он снимает пиджак и накидывает надо мной.

— Не хочу, чтобы ты простудилась.

А я не могу удержаться от смеха, настолько он выглядит озадаченным и серьёзным. Прохладные капли обжигают кожу, не могу оторвать от него завороженного взгляда, наблюдая, как усиливающийся дождь ложится на его волосы, которые начинают темнеть, такая особенность. Смотрю на то, как кожа блестит от влаги на его скулах и губах.

"Боже, он такой мужественный, в животе немеет. Я прислоняюсь к нему телом, льну к его губам, чтобы напиться их лаской.

— Могу с уверенностью сказать, — говорит Фоэрт, смотря из-под опущенных век и влажных ресниц, — я начинаю любить этот чёртов дождь.

Протягиваю руку и касаюсь влажной пряди потемневших от влаги волос. Я знаю, что в этот момент на нас сейчас смотрит весь его отдел из окон, но мне всё равно.

— Я счастлива, — отвечаю лишь.