Её Итальянец

А следующие слова и вовсе подтвердили её печальные подозрения.

– Нина, а может, не стоит?.. Переодеваться, – губы мужчины растянулись в улыбке. – Ты выглядишь шикарно. Такая домашняя…

Всё. Занавес упал.

Нина набрала побольше воздуха в грудь и решительно произнесла:

– Владимир, знаете, что я сейчас подумала…Кофе на ночь вредно.

– Но ты же пьешь. Я чувствую запах. Недавно варила, – Ульянов усмехнулся. Его глаза насмешливо блеснули.

– Давайте не будем играть в непонятные игры. Я говорю – нет. Уходите.

Услышанное не понравилось мужчине.

– Нина, ты меня неправильно поняла. Я пришел сюда не для того, чтобы меня выставляли прочь.

– А я всё же риску.

Лицо Ульянова менялось на глазах. В нем появилась неприятная жестокость, властность. Губы искривились в циничной усмешке.

– Ты рискуешь остаться без работы. И не только потеряв контракт с тобой. Ниночка, девочка моя, я же сделаю так, чтобы тебя ни один уважаемый человек не принял на работу.

Ника не боялась угроз, просто оказалось очень неприятно.

– Уходите. Или я…

– Или что, моя хорошая?

Ульянов сделал шаг к ней.

Нина уперлась спиной в шкаф, не заметив, как сама себя загнала в ловушку.

Протяни руку – и Владимир её схватит.

А дальше?

Господи! Неужели насилие? Неужели её изнасилуют на пороге собственной квартиры? Глаза Нины забегали в поисках того, чем можно оборониться.

Нечем…

– Кажется, я вовремя.

Глава 6

В дверном проеме стоял Макс.

Прислонился плечом к косяку и с ленивой полуусмешкой наблюдал за ними.

Нет, она была безумно рада, что не будет никакого принуждения. Что помешали…

И между тем её тело затопила волна нового, вполне понятного страха.

Ситуация со стороны могла показаться очень двусмысленной."

"И по тому, как холодно блестели глаза Макса, он увидел лишь то, что хотел увидеть.

– Ферри?

Ульянов слегка заметно побледнел и сильнее напрягся.

– Ульянов….

Мужчины смерили друг друга оценивающими взглядами, и Владимир неторопливо сделал шаг назад, показывая, что он не претендует на близость с молодой женщиной.

Поздно.

Воздух в небольшой комнате наэлектризовался. Казалось, чиркни спичкой, – и всё полыхнет.

– Пытаешься забыть жену в объятиях моей женщины? Дурная идея, Владимир, – прорычал Макс, его глаза угрожающе сузились.

– Нина – твоя женщина? – искренне удивившись, спросил Ульянов и недоуменно посмотрел на Нину.

Той бы радоваться. Или на худой конец, злорадствовать.