Его Искушение

Да и просто не хочу оставаться в спальне.

Смотрю на кровать, кое-что вспоминаю, щеки начинают пылать, и я просто вылетаю за дверь.

Будем считать, что я здесь гостья. Иван сам затащил меня в свое логово, может, на мою беду, не знаю.

Любопытство все же берет верх, тревоги отходят и я погружаюсь в изучение дома, спускаюсь в знакомый холл, прохожусь по коридорам, выхожу в еще один холл и меня тянет зайти в примыкающее к нему помещение, дверь открыта, я вижу, что одна стена отдана деревянным полкам с книгами.

Неожиданное решение.

Мне казалось, что такие люди слишком далеки от культуры. Прохожусь пальцами по корешкам, вытягиваю книгу. Открываю и понимаю, что прочесть не могу. Некоторые буквы знакомы, латиница, но непонятно. Интуитивно улавливаю, что, наверное, это родной язык Ивана. Наличие в этом доме книг на русском меня удивляет еще сильнее. Босса мафии с книгой я не представляю вообще никак, он для меня мало на человека похож. Слишком жестокий, резкий, безжалостный.

Не хочу думать о нем. Страшно. Ставлю книгу на место, осматриваюсь.

В углу, рядом с кожаным диваном стоит большой напольный глобус, подхожу, кружу голубой шарик земли, решаю сыграть, жмурюсь и наугад ударяю пальцем.

Открываю глаза.

— Надо же, в Россию тыкнула… Хотя ничего удивительного, судя по тому, что эта страна занимает огромную территорию.

Рассматриваю гарнитур из массивного дерева. Вся мебель здесь темная, тяжелая.

Я, скорее всего, не в кабинете, а в переговорной, где в центре стоит круглый стол и тринадцать стульев.

Ухмыляюсь. Кое-что это мне напоминает.

— Где же рыцари круглого стала короля Артура?

Бурчу себе под нос, барабаня пальцами по полированной поверхности и сердце останавливается, спотыкается, отбивает рваный ритм в груди, когда слышу тягучий, низкий голос в ответ:

— На заданиях. А я смотрю, ты наглая.

Резко оборачиваюсь. Кац. Собственной персоной. Стоит в дверях, а я испуганно делаю шаг в сторону. Понимаю, что как в лихорадке пячусь, пока он проходит в комнату и очень медленно закрывает за собой дверь.

Иван хмурит брови, рассматривает меня, одетую в домашнее хлопковое платье. Сейчас нет эффектной супермодели на шпильках. Дома я позволяю себе удобный крой и мягкость материи, но все же, если откуда-нибудь выпрыгнет папарацци в охоте за моим фото, то все равно образ будет достойным топ-модели.

Даже на ногах у меня не тапочки, а удобные лодочки.

— Все успела посмотреть?

Заставляю себя остановиться и прекратить пялиться на Каца опасливым взглядом.