Его игрушка

— С чего это ты решила помочь Мишель? Вы же в контрах, — поинтересовалась Кейт, энергично работая над десертом.

— Скучаю, — ответила то, что от меня ожидали услышать.

— Хочешь на мужа произвести впечатление? — иронично бросила она. — Вы вроде съехались?

— Нет, не хочу. И да, съехались. Женаты все-таки.

Я не знала, насколько Кейт осведомлена о наших с Джейсоном отношениях, но вдаваться в подробности не стала. Это наше личное, и знать всем вокруг не обязательно, что происходит за закрытыми дверями его роскошной квартиры.

— Но это ведь ничего не меняет? Ты завтра будешь на скачках со мной? — всполошилась Кейт. — Ты обещала! Я не выдержу Ванду и ее придурошного мужа одна!

— Конечно, буду! — успокоила я, хотя понятия не имела, о чем она. После обеда загляну к Дэйдре домой: переоденусь к ужину с Гэвеном и полистаю папку — освежу в памяти лица и события.

Вообще в этом обществе было легко. Подруги спрашивали, но ответами, по сути, не интересовались. Улыбались на любую глупость и говорить предпочитали о себе.

Мне оставалось кивать, соглашаться и демонстрировать заинтересованность. И смешно, и грустно. Как-то пусто в жизни Дэйдры, если вот так она жила изо дня в день. Ничего настоящего, человеческого, созидательного. Даже с Джейсоном ее давно не связывали любовные отношения. Пусть между мной и «мужем» что-то сродни страстной ненависти, но от этого сквозило жизнью и эмоциями. Это было встряской. И это лучше, чем пассивное однообразное существование в бриллиантовой упаковке. С каждым днем я все лучше понимала, от чего бежала Дэйдра. Надеюсь, она будет счастлива, родит ребенка, а после — вернется и поставит точку в жизни, которую вела Дэйдра Морган-Сторн. По срокам как раз должно хватить — сестра была уже на шестнадцатой неделе, как она сама заявила. Я ведь не могу развестись за нее — это незаконно. А сидеть в тюрьме из-за этой аферы как-то не хочется. Весь наш маскарад тоже очень спорное мероприятие в отношении гражданского и семейного кодекса, но не преступление. Вроде бы…

В восемь вечера я, свежая и отдохнувшая, вошла в ресторан «Ля Бернандин» в Сохо. Гэвина Стоуна узнала сразу. Высокий, симпатичный брюнет с вьющимися волосами лет тридцати. Он тоже меня узнал: поднялся навстречу и обвел восхищенным взглядом с головы до ног.

— Если бы не знал, что ты не Дэйдра, ни за что не отличил бы! Софи, это поразительно!

Мы не были знакомы лично, но говорили по телефону, поэтому при встрече вели себя по-свойски.