Его игрушка

В кабинете Джейсона как раз стоял принтер. Прихватив стильный бронзовый макбук Дэйдры, осторожно вошла. Вотчина моего мужа была такой же, как и он сам: дорого, выдержано и неприступно, как его сердце. Я царапнула ногтями по кожаному креслу и вздохнула аромат горького мандарина и миндаля, смешанного с легким налетом острого сигаретного дыма. Поставила ноутбук на стол, включила, соединяя с принтером, пока мое внимание не привлек черный дипломат. Я честно не собиралась в нем рыться, но, взглянув одним глазком, заметила пресловутую темно-красную папку.

— Хм, — я побарабанила пальцем по лакированной деревянной крышке стола. У меня появился шанс сверить цифры. Сделать так, чтобы у Саймона не осталось и шанса выиграть в этих торгах. Я осторожно выудила папку и принялась просматривать. Это мне не надо. Это — конечно, любопытно, но нет. Ага, вот! М-да, я, мягко говоря, промазала в расчетах. Сволочь Коннелли раскусил бы меня в два счета. Я достала телефон и сфотографировала документ, чтобы внести правки в тот, который состряпала лично.

Я застыла, не смея обернуться: почему мне кажется, что я только что заживо похоронила себя?

— Не поверишь, но я очень хотел ошибиться на твой счет, — спокойно произнес Джейсон.

Я обернулась, встречаясь с ним взглядом. Холодным и убийственным. Он лениво облокотился о косяк двери и с ледяной ненавистью буравил меня. Поза нарочито небрежная, а в глазах приговор. Боже. Боже. Боже. Что же я молчу!

— Джейсон, это не то, что ты думаешь! Я все объясню!

Он оттолкнулся от двери и пружинистым шагом направился ко мне.

— Послушай…

— Нет, — он резко схватил меня за плечи, встряхивая, затем вырвал из рук телефон и открыл последний снимок с камеры. Коротко и зло рассмеялся, потом запустил телефон в стену.

— А! — закричала испуганно, а Джейсон обхватил мою голову, больно сжимая.

— Скажи спасибо, что это не твоя голова! — Ярость вырвалась наружу, клокотала в сильных руках, втаптывала меня в жгучий ад.

— Джейсон, пожалуйста, выслушай! — молила я, пытаясь достучаться до человека, который еще десять минут назад был в нем. Сейчас это была бездушная машина ненависти.

— Заткнись, просто заткнись! — Он больно перехватил меня у корней волос и потащил вон из кабинета.

— Мне больно! — кричала я, хватаясь за его руку.

— Будет еще больнее.