Его единственная

 — Медея какая-то наговорила глупостей, а мне верить в эту чушь? Хочет мать или нет, я все равно женюсь на Ленке. Нарожаем детей, остынет. Выяснять ничего не желаю. Нет у меня на стороне ребенка. Вот это я знаю точно. Всегда предохранялся. Даже с Юленькой, — поморщился он, вспоминая, как стонала в его объятиях давняя любовница. — Или в душе мы забылись немного? — пробурчал он про себя. — Не помню точно», — скривился он и уже собрался отойти от окна, когда почувствовал, как вокруг его талии обвиваются мягкие родные руки.

— Что-то случилось, Димочка? — сонно пробормотала Ленка, прижимаясь к нему. — Ты чего подскочил, как ужаленный?

— Кирсанов звонил. С утра ждет… И голос совсем нерадостный. Вот и думаю, что могло случиться. Может, мои бойцы влипли в какую-то историю. Бек не поскупится, вставит дыню королевского размера…

— Ну что ваши мальчики могут сделать? — прошептала Алена, попадая в плен рук Крепса и положив голову ему на грудь. — Они все такие правильные. С внутренним стержнем. Помню, приходили к тебе в больницу…

— Они все могут, — добродушно хмыкнул Блинников и про себя добавил.

«Даже банк обнести способны!»

Вспомнил он пятилетней давности глупую выходку Эркюля и Песо, двух лучших бойцов «Секиры».

— Поеду пораньше, — предупредил он. — Ни к чему в неизвестности томиться. И вот что, Ален, — строго глянул он на женщину. — Узнай в ЗАГСе часы приема, и напиши мне. Сегодня. Может, тогда на следующей неделе заедем и подадим заявление, — пробормотал он, обнимая любимую и ласково целуя ее в висок.

— Подожди, — немного отстранилась Алена. — А как же твоя мать? Она сказала, что не придет к нам на свадьбу… Ты уговорил ее?"

"— Нет, — мотнул головой Крепс. — Мы ее, конечно, пригласим. Но если откажется, сильно горевать не станем. Потом, когда внуки пойдут, мать оттает.

— Она меня и так ненавидит…

— Просто недолюбливает, — ласково усмехнулся Крепс. — Обычная история. Свекровь и невестка. Не обращай внимания.

Он будто глянул со стороны на себя и Аленку. Голые мужчина и женщина обнимаются на в темной кухне.

— Иди сюда, маленькая, — позвал негромко, усаживая будущую жену на островок, стоящий посреди кухни. Костяшки пальцев скользнули по прохладной мраморной поверхности, а тепло Аленкиных бедер проникло через ладони в самую душу и, возбуждая мурашками, побежало по телу.

— Ленка моя золотая, — только и смог вымолвить Крепс. — Как же хорошо, что мы встретились, — прошептал он, прижимая ее к себе.

— Я люблю тебя, Димочка, — выдохнула она.