Единственная для оборотня и теща в нагрузку

 – При чем здесь это?! Я за справедливость!

– Ревнуешь… – расплылся в немного удивленной и ужасно довольной улыбке он, а мне захотелось его треснуть.

Он пристально смотрел, что-то выискивая в моем лице, а я молчала, считая ниже своего достоинства спорить и доказывать обратное.

– Скажи, правильно ли я понимаю, что ты желаешь, чтобы все, даже те, кто видит меня впервые, при взгляде на меня сразу видели, что я нашел свою пару и не свободен? – вкрадчиво спросил он.

Странно, он повторил мои требования, но как-то подозрительно это все прозвучало.

В голосе слышалось затаенное удовлетворение, как будто это он, а не я хочу. Я осторожно кивнула.

– Тогда я скажу, что для этого надо сделать. – Я с сомнением посмотрела на него, пытаясь найти подвох в его покладистости. – Для того чтобы с первого взгляда было видно, что у меня есть пара, ты должна периодически обновлять метку у меня на шее. Лишь своей паре мы позволяем оставлять свой след здесь.

«Вот так и подозревала, что от этого мне не отвертеться», – вздохнула про себя.

Сейчас, при свете дня, я даже не представляла, как буду это делать.

Между тем он продолжил:

– Мы должны спать в одной постели, чтобы моя кожа пропиталась твоим запахом. – Не то чтобы я была против, только хотела возразить, что от меня и так им пахнет, но он меня опередил: – Поверь, запах женщины чувствуется. Это без лишних слов сообщит всем, что я счастливец, нашедший свою половинку. И все остальные женщины мне больше неинтересны, – с намеком добавил он.

А вот нечего намекать! Я не ревновала! И вообще за равноправие в семье.

– И еще, – с нажимом произнес Кристиан, придавливая меня своим весом и склоняясь чуть ли не к самым губам. – Я не отказываюсь носить кольцо. Мы что-нибудь обязательно придумаем, потому что я не хочу, чтобы у тебя оставалась хоть тень сомнения в том, что ты замужем! – последние слова он просто прорычал, властно целуя меня.

И тут я особо остро осознала, что нас разделяет лишь мое полотенце.

Осознаешь тут, когда он коленом раздвинул мне ноги и свидетельство его желания недвусмысленно упирается в чувствительное местечко. Он жадно меня целовал, почти кусая губы, и страсть тягучей волной охватила мое тело, смывая непонятно откуда взявшуюся обиду и раздражение.

Не отказал. Пошел навстречу. Не имеет ничего против того, что я заявила на него права и желаю всем показать, что теперь он мой.