Единственная для оборотня и теща в нагрузку

Здесь же Айк доказал, что его слова о защите не пустой звук и все, кто ослушается, будут наказаны немедленно. Вот и думай.

На фоне случившегося известие о скором прибытии Владыки отошло на задний план и страха не вызывало. Теперь я намного больше верила Айку, что он меня защитит.

Чтобы не акцентировать внимания на произошедшем, я не стала тискать и обнимать дочь, хотя очень хотелось. Она успокоилась, и вместо того чтобы напоминать ей о произошедшем, я постаралась отвлечь. В комнату к дочери еще с утра доставили игрушки, и я начала с ней их разбирать.

Вскоре пришел Айк, и дочь бросилась к нему, побросав все. Тот ее подхватил на руки и посмотрел на нас.

Иса теребила руками складки платья и решилась спросить:

– Господин, простите, что спрашиваю, но что с Нитой?

Айк бросил на меня быстрый взгляд, и я мимикой дала понять, что ничего не говорила.

– Иса, оставьте нас. Вам все объяснят.

Та поспешно вышла, а мы остались с вампиром, смотря глаза в глаза. Было странно видеть у него на руках свою дочь.

– Вы меня осуждаете?

– Вы о чем? – не поняла я.

– Я о том, что вы видели, – с намеком ответил он.

– Вы вправе наказывать своих людей так, как сочтете нужным. – Казалось, после этих слов он вздохнул свободнее.

– А где Нита? – спросила дочь, заглядывая ему в глаза.

– Она устала и должна отдохнуть, – уверенно произнес он. Даже я поверила бы этому, если бы не видела ее собственными глазами.

– А-а-а, – протянула дочь и заинтересовалась блестящей булавкой, скрепляющей на его шее платок.

– Прошу прощения за инцидент. Обещаю приложить все усилия, чтобы такого больше не повторилось, – произнес он и посмотрел на дочь. – Должен признаться, что у меня сердце сжалось, когда я услышал твой крик.

– У меня оно вообще остановилось, – сказала я.

– Ольга, вы не поняли, мое сердце не бьется, – с намеком произнес он, что меня тут же напрягло.

– Что вы хотите этим сказать?!

– Сердце вампира способна пробудить лишь его невеста.

– Айк, только не говорите… – простонала я. Меня посетило чувство дежавю.

– Я ваша невеста? – обрадованно спросила его дочь. Вот ее-то все устраивало. А потом она помрачнела на глазах и с обидой произнесла: – Ну да… А потом выяснится, что это не я, а мама.

– Катя! – вытаращила я на нее глаза. Мне даже в голову не приходило, что она обо всем знает. При ней старалась это не обсуждать. – Откуда ты знаешь?

– Слышала от других, а еще Лота и Ханна об этом говорили.