Дыши мной

Девчонка прошла в дверь и остановилась почти сразу за ней. Открыла другую дверь. Хорошо знакомую. Иэн замедлил шаг. Воспоминания забились пульсом в висках. Секунда — и в той комнате загорелся свет.

В комнате Престона. Иэн замер.

— Проходи, — раздался спокойной, уверенный голос. — В комоде есть постельное белье.

В комоде белье. Осознание стало медленно добираться до застывшего мозга.

Значит, кровать не застелена. Значит, здесь никто не живёт вот уже несколько недель. Иэн заторможенно переступил через порог. Осмотрелся.

И комната действительно не жилая.

— А где спишь ты? — выронил он.

Девчонка заметно напряглась. Вся фигурка вытянулась струной, вот-вот готовой зазвенеть. Подбородок приподнялся.

— Моя комната за стеной.

Прозвучало сухо, как песком по стеклу.

Какой практичный подход… Злорадство поднялось в груди новой тяжелой волной. Иэн сжал челюсть, осторожно спустил сумки на пол и медленно прошел по ковру.

— Очень удобно, — он круто развернулся, нашел взглядом серые глаза и вскинул брови. — Королевский подход. Можно было не терпеть храп постоянно, а только по особым дням, да? Скажем, раз в неделю… Или раз в месяц? Исполнила долг и сбежала в свою чистую постельку?

Он смог её задеть. Серые глаза вдруг сузились, девчонка опустила взгляд, и он медленно пополз по Иэну. С головы до ног. Она прочертила невидимую линию по мокрому свитеру, мокрым джинсам, облепившим пах и ноги, мокрым грязным кроссовкам.

— Ты клоун, Ройс, — прошелестел по комнате скучающий голосок.

Осмелела, ну надо же… А теперь в груди полыхнула ярость. Иэн сунул руки в карманы и чуть наклонился вперед.

— Пожалуй, я не буду озвучивать, кто ты, — собственный голос опустился до хриплого шепота. — А то выйдет, что я невоспитанное дерьмо, а я дерьмо очень воспитанное. Воспитание мне вбивали прутиками свежей весенней лозы.

В комнате повисла тягучая пауза. На несколько мгновений взгляды скрестились. Но она не выдержала первой: развернулась и в компании биты двинулась к выходу из комнаты. Однако остановилась на пороге, взялась за дверную ручку и обернулась.

— Можешь разжечь камин, он действующий.

Какая щедрость.

— Спасибо, что разрешила, — нарочито небрежно бросил Иэн.

— Не хочу, чтобы ты сдох от пневмонии. С меня и так хватит.