Дыши мной

Неужели со стороны выглядел так же? Одуревшим, счастливым, абсолютно обдолбанным от этих ощущений? Он тогда ни разу не понял это вот так отчётливо, как сейчас. Находился в моменте и ни разу не задумался, как же сильно ему повезло.

Иэн моргнул, пошатнулся и стремительно обошел слившуюся в объятиях парочку. Выдрал чашку из кофеварки и развернулся к выходу. Подальше отсюда. Пустота внутри заполнилась разъедающей душу тьмой, она обожгла, отключила все чувства, оставив только пульсирующую боль.

Никогда не знаешь, в какой момент накроет.

Он почти вышел из кухни, почти скрылся, но опять не успел. Рита отстранилась от Мэтта и посмотрела поверх его плеча.

— И ты ничего на это не скажешь? — выгнула она брови.

Боль скрутила сердце и обхватила горло. Иэн обернулся.

— На что?

— Ну-у-у… — девушка неопределенно махнула рукой. — Мы тут обнимаемся, а ты молчишь. Никакого замечания в стиле Иэна Ройса?

Раньше он бы пошутил, ткнул палкой в муравейник. Но сейчас…

— Нет, — он устало пожал плечами и двинулся дальше.

Даже если это и бегство, плевать. Иэн завернул за угол, почти дошел до комнаты, когда до слуха донёсся голос Риты:

— Что это с ним?

— А что с ним? — отозвался Мэтт.

— Он даже не ляпнул какую-нибудь гадость!

— Догони и спроси.

О чёрт. Если она решит догнать, догонит.

Иэн ворвался в комнату, подлетел к столу и опустил на него чашку. Вернувшись к двери, подпер её спиной и замер. Прислушался. Ни звука по ту сторону. Секунду, две… Ничего.

Иэн заскользил вниз, сел на пол и вытянул ноги. Взгляд замер на двух так и не разобранных сумках. Две недели прошло, а большая часть вещей по-прежнему лежит скомканной в единую массу в этих самых сумках. Он достал только нужное. Типа ноутбука, планшета и зубной щетки. Остальное — незначительные мелочи, не обязательные в жизни. Руки так и не поднялись, чтобы достать одежду и переложить в шкаф.

Если такие сцены будут происходить слишком часто, психика может сдать вообще. Зависть, чёрная зависть. Иэн запрокинул голову и закрыл глаза — воображение мгновенно подбросило яркую, почти осязаемую картинку. Другая кухня, другая девушка и он сам. Он так же стоял и прижимался к хрупкому стройному телу, так же целовал в шею и вёл носом вниз к ложбинке ключицы. А та, другая, девушка таяла в его руках, как воск от огня.