Двойник короля 15

— Павел Александрович, — вмешался Медведь, старательно глядя куда-то поверх моей головы, словно не решаясь встретиться взглядом. — Мы… э-э-э… не ожидали вас в таком… э-э-э…

— В таком виде, — закончил за него Смирнов, поднимая упавший документ и нервно расправляя его дрожащими пальцами. — Простите за бестактность, но… Произошла какая-то ошибка с заклинанием? Или это временный эффект эксперимента?

— Или вы на самом деле его сын? — предположила Ольга, тут же замолчав под взглядами остальных.

— Витас! — повернулся к командиру.

Личная информация сработала, как отмычка. Лица изменились мгновенно — недоверие сменилось пониманием. Витас побледнел. История с семьёй была болезненной темой. Медведь нахмурился. Постоянные проигрыши Борову тоже не лучшее воспоминание.

Челюсти захлопнулись синхронно. Удивление переросло в узнавание: перед ними действительно стоит хозяин.

— Оля, я ещё обдумываю твоё предложение, которое ты озвучила по дороге в Томск.

Ольга вспыхнула до корней волос, ведь предложение руки и сердца было секретом. Смирнов кивнул молча — поездка чуть не стоила жизни.

Доказательства исчерпывающие — личные тайны, известные только мне. Спорить бессмысленно. Вот только теперь девушки сверлили друг друга взглядами.

Я сел за массивный дубовый стол.

— Начнём, — выдохнул устало. — Проблем накопилось море. Есть что-то критичное?

Вопрос повис в тяжёлом воздухе.

— Да! — грянули хором.

Глава 11

Я потёр лицо, подумав: «Настолько всё весело?» Ладно… Посмотрим, что они приготовили.

— Давайте тогда по очереди, — окинул взглядом своих людей. — Сначала… Витас и Медведь.

— Господин, — кивнул мне Лейпниш. — Мы освоили всё, что смогли, в плане укрепления территории и земли: вооружение, защита, транспорт, оружие, люди.

Тело ребёнка словно издевалось над моим сознанием. Видеть взрослых мужчин, которые относятся к тебе с почтением, когда сам едва достаёшь им до груди, было сюрреалистично. Каждый раз, когда я поворачивался к зеркалу, неприятное чувство раздражения поднималось внутри. Маленькие руки, слабые мышцы, почти бесполезное в бою тело. Мой разум, закалённый в боях и битвах, словно заперли в клетке.