Двойная взлётная 2

Гром ревнует, это видно, но безобидно, впихивает жирафа мне в руки, отодвигает меня, подхватывает Кристину на руки, она смеется, он несет ее в ванную.

Нет, я уже не ревную, все так и должно быть. Нет идеальных придуманных кем-то отношений, нет точной формулы счастья. Нас определяют поступки, желание быть с тем, кто дорог. Громов, как и я, сделает все и даже больше для своей женщины и детей. Для их будущего и счастья.

Надеваю штаны, иду в детскую, горит ночник в формы луны, малыши спят. Ваня и Варя, имена выбирали недолго.

И неважно, кто их отец, главное, что они без ума от их мамы.

Эпилог 2

Открываю дверь, кидаю сумку на пол, в квартире негромко играет музыка. Не разуваясь, прохожу в гостиную. Кристина танцует, ведет бедрами, приподнимая мужскую рубашку, что надета на ней, показывая свою упругую попку и маленькие белые трусики.

Наклоняется, подбирает с пола плюшевого жирафа, бросает на диван. Мужской голос из динамиков телефона что-то поет на французском, моя девочка подпевает.

Сам снимаю футболку, кроссовки, расстегиваю джинсы, иду к ней. Готов так стоять и смотреть вечность, но соскучился, сил нет. Неделю был на сборах, тренировал недотеп, которые строят из себя крутых бойцов. Утром наверняка все вздохнули с облегчением, что уехал, больше некому будет их трахать морально.

— Девушка, можно с вами познакомиться? — шепчу на ухо, обнимая Кристину со спины, накрывая руками грудь, двигаясь в такт музыке.

— Черт, Игорь, напугал.

Разворачивается, волосы не собраны, она стоит в ярких лучах солнца, падающих из окна, а глаза до того голубые, что, кажется, я падаю, но с земли в небо.

Встает на носочки, обнимает, прижимается. Соскучилась моя девочка, знаю, сам уже был готов наяривать член хоть каждый вечер под ее развратные видео.

Целую, не дав ничего сказать, подхватываю под попку, несу в спальню, в душе льется вода.

— Где твой муж? Я готов наставить ему огромные рога.

— В ванной. Дети с няней ушли в парк.

— Я видел, сказал, чтоб раньше трех не возвращались.

Бросаю девушку на еще не заправленную кровать, Кристина вскрикивает, смотрит на меня, облизывает губы. Наконец снимаю штаны, белье, сжимаю каменный стояк, она сглатывает, не отводит от него глаз.

Отчетливо помню, как она смотрела на меня первый раз, в клубе. После того как я взял ее сзади, она объезжала Артёма, а я надрачивал так и не опавший член, словно и не было ничего.

Безумная девочка, тогда уже была нашей.