Две могилы

 — Доктор Хеффлер, когда Синглтон звонил вам, он говорил, что нам требуется также анализ митохондриальной ДНК?[35]

— Да. То есть нет. Синглтон мне вообще не звонил.

Д’Агоста вгляделся в лицо Хеффлера. Кто-то определенно дал пинка под зад этому сукину сыну, и очень хотелось бы узнать, кто именно.

— Но ведь кто-то же вам звонил по нашему делу?

— Да. Комиссар.

— Комиссар? Вы имеете в виду Тальябу? Когда?

Хеффлер помедлил с ответом:

— В два часа ночи.

— Ах вот как. И что он сказал?

— Он сказал, что это очень важное дело и любая оплошность в его расследовании может кому-нибудь… э-э… стоить карьеры.

Это был хороший удар.

— Так что удачи, лейтенант, — ухмыльнулся Хеффлер. — Вы получили все, что хотели. Теперь преступник в ваших руках. Позвольте выразить надежду, что вы не допустите… э-э… оплошность.

Но его усмешка подсказывала, что на самом деле он надеялся на обратное.

12

На первый взгляд библиотека в «Маунт-Мёрси» напоминала обычный читальный зал в частном клубе: стены из полированного темного дерева, старинная мебель, неяркий свет.

Доктор Джон Фелдер сидел за маленьким круглым столом в дальнем углу библиотеки.

Уловив какое-то движение у двери, он обернулся. В библиотеку в сопровождении охранника вошла Констанс Грин. Она осмотрела зал, увидела доктора и подошла к нему. Одежда Констанс была скромных, неброских тонов: белая плиссированная юбка и бледно-лиловая блузка. В одной руке молодая женщина держала лист бумаги, а в другой — конверт авиапочты.

— Доктор Фелдер, — тихо произнесла Констанс, усаживаясь напротив.

"Она засунула бумагу в конверт, который положила на стол адресом вниз, но Фелдер успел заметить, что в письме было всего одно слово. На каком-то экзотическом языке вроде санскрита или маратхи[36].

Он поднял глаза на Констанс:

— Спасибо, что согласились встретиться со мной.

— Не ожидала, что вы возвратитесь так скоро.

— Простите, но я сам не ожидал. Дело в том, что… — Он замолчал и оглянулся, желая удостовериться, что никто не подслушивает.