Две могилы

Прибыли полицейские, осмотрели место происшествия и уехали обратно, прихватив с собой «мерседес». Но водителя машины они не нашли.

Теперь суета улеглась, кругом было тихо. Пендергаст поднялся и прямо по траве направился в обход взлетной полосы к древнему телефонному автомату, стоявшему у бензоколонки на подъезде к аэропорту. Удивительно, но телефон работал. Пендергаст позвонил д’Агосте.

— Где вы? — долетел из Нью-Йорка знакомый голос.

— Неважно. Объявите в розыск одномоторный самолет «Сессна-133». Позывные: ноябрь-семь-восемь-девять-фокстрот-чарли.

— Откуда вы знаете, что у него неполадки?

— Потому что я их устроил. Проколол трубку топливного фильтра. Сидя в кабине, они никак не смогут исправить повреждение.

— Да объясните же толком, что…

— Перезвоните мне по этому номеру, как только будут результаты.

— Подождите, черт вас побери…"

"Пендергаст повесил трубку, вышел из освещенной кабины и отошел к растущим неподалеку карликовым пальмам. Затем лег на траву — его охватила слабость из-за потери крови — и стал ждать ответного звонка.

Телефон зазвонил спустя полчаса. Пендергаст поднялся с травы, чувствуя, как кружится голова.

— Да?

— Мы засекли их. Самолет приземлился неподалеку от Андалусии, штат Алабама. Вдобавок повредил шасси при посадке.

— Продолжайте.

— Должно быть, они вызвали помощь, потому что их поджидал фургон.

— Он запомнил номер фургона?

— Нет, было темно.

— Сообщите в алабамский дорожный патруль. И побеспокойте пограничную службу насчет всех пересечений границы: они направляются в Мексику. Я позвоню позже. Мой мобильник не работает.

Еще одна пауза.

— Хорошо, я все сделаю.

— Спасибо.

Закончив разговор, Пендергаст посидел минут десять в тени. Потом набрал другой номер.

— Ага, — послышался хриплый голос Мима, хакера-отшельника с сомнительными моральными принципами, который общался лишь с одним человеком на свете — самим Пендергастом.

— Откопали что-нибудь?

— Даже не знаю. Совсем чуть-чуть. Мне хотелось собрать побольше, прежде чем звонить вам…

Он сделал театральную паузу.

— Мне некогда играть в игрушки, Мим.