Два мутанта

Скорее всего, жить ему оставалось считанные минуты, если бы не тонкая, но крепкая нить, не давшая ему закрыть глаза и отдаться во власть, уже кружащей вокруг, смерти. Нить натянулась, завибрировала и даже зазвенела от напряжения.

Но не лопнула.

Глава 55

Обезболивающий эффект наступил не сразу. Уж очень много накопилось внутри такой боли, что хотелось разжать зубы и орать до хрипоты, до разрыва голосовых связок, до полного беспамятства. Но Штык лишь сильнее закусывал ворот собственной куртки и терпел.

Но лекарство наконец подействовала и боль предприняла стремительное отступление по всем фронтам.

Сколько прошло времени, он не знал. Два часа? Три? Пять? Военные сталкеры медленно двигались в сторону южного прохода и, пока Штык плавал в «отключке», вполне могли устроить по дороге привал."

"Постепенно возвращалось нормальное восприятие окружающего пространства.

Ощущая, как стремительно возвращаются силы, Штык с каждой секундой все сильнее ненавидел продажного майора Кратчина с его послушными до полного скотства солдатиками-военсталами; тупых и кровожадных бандитов, охочих до чужих богатств; «свободников», желающих захапать дом и озеро для себя, не считаясь ни с кем; помешанных на своих идеях генной чистоты, «долговцев»; мутантов, что с необъяснимым идиотизмом рвались к озеру, несмотря на долбаных «долговцев»; дурацкое серое небо, из-за которого здесь не было видно солнца… И, разумеется, Феникса, боготворящего свою плесень, погнушавшегося ради построения своего маленького счастья обречь другого человека на проклятие «цепи судьбы».

Как-то само собой получилось так, что он перестал виснуть на своих конвоирах, а «поймав» ногами землю, зашагал сам. Понемногу прояснялось в глазах, вернулись ощущения в руках — они оказались связанными впереди — все четче соображала голова.

— Товарищ майор, кажись очухивается, — сказал один из тех, что тащил его под руки.

— А не рановато? — удивился Серый.