Дурная

И я не втюрилась, наверное. Просто напридумывала себе, – неуверенно прошептала я, высвобождая пальцы из ручонки сладко сопящего ребенка, поправила подушку и вышла из детской, прикрыв не до конца дверь.

Боярцев стоял в прихожей, привалившись плечом к косяку. Я аж подскочила от неожиданности и какого-то зудящего чувства, похожего на ожидание чего – то волшебного. Как в детстве, перед приходом Деда Мороза. Чувства предвкушение чего-то того, что ожидаешь. Жаль, потом всегда приходилось разочаровываться. Волшебный дед ни разу не принес мне желаемого.

– Я заждался, – ухмыльнулся мой фиктивный муж. В пляшущем пламени свечи, которую держал в руке, он показался мне совсем другим. Не едким и желчным, как обычно.

– Вы что – то хотели? Леша уснул, я пойду к себе, – улыбнулась я.

– Четыре. Минуту назад я ее с трудом выпроводил. Она прилетает на реактивной метле, наверняка. У этой бабульки пропеллер в одном месте, – хихикнул Боярцев. – Но зато, благодаря неуемной бабуле мы с тобой не сдохнем с голоду. Поэтому я согласен быть лошарой – слабаком, с вареными макаронами вместо ног.

– Куда? – мне стало очень интересно, что в этот раз задумал сам Диавол, по версии Даздрапермы Ивсталовны.

– Мы женаты. Но у нас ни разу не было свиданий. Непорядок это, дорогая, – хмыкнул этот коварный тип гражданской наружности. Наверняка выдумал очередную каверзу. А потом удивляется, в кого это Леха.

– Это излишне, – выдохнула я, понимая, что мне не спрятаться, не скрыться. В груди натянулась звенящая струна, а внизу живота заворочался колючий огненный шар.

– Ты когда-нибудь ела пирожки с капустой и яйцами при свечах, запивая их Шеваль Бланом урожая сорок второго года? А, Лама? Зуб даю, что нет."

"– На ночь есть вредно, – фыркнула я, рассуждая, как бы половчее поднырнуть подмышкой у этого нахала, снова оседлавшего свой конек, скрыться в какой-нибудь из комнат темного замка и по возможности забаррикадироваться.