Дружба народов (СИ)

 — Так, ладно! Вернитесь обратно в рабочий режим! Соберитесь, возьмите себя в руки, ноги…. Нам надо решить, как будем действовать, когда бестии уйдут. Что в планах? И как нам избежать повторения этого нашествия?!

Вообще-то вопрос был очень актуальный… Внезапность, с которой бестии нагрянули, сыграла с нами злую шутку. Среди людей случились немаленькие такие потери… Особенно обидно было за расчёт наблюдателей, следивший за восточным направлением, рядом с тропой гигантов. Ребята честно отбарабанили свою смену, прождали ещё день — а потом зачем-то ломанулись домой…

Бестии приняли их по выходу из Страшной Пущи.

А ещё где-то там теперь лежал бинокль. И куча другого снаряжения. Хорошо ещё, если оно не пострадало.

Не повезло и трём рыбакам, решившим подняться по реке. Ребята сделали подобие байдарки, обтянутое подобием шкуры — после чего азартно погребли против течения…

Их встретили на мелководье у города.

Неудивительно, что гвалт после вопроса Иваныча поднялся неимоверный.

Я, как обычно отмалчивался, считая, что лезть в этот галдёж — выше моего достоинства. А главы групп вовсю выкрикивали предложения, одно глупее другого. И только одно предложение чем-то меня зацепило…

— А почему бы не сделать воздушный шар? — спросил глава маленькой группы, которого мы знали под прозвищем Полкан.

Полковником он не был. Но мордатым — был. Напоминал шарпея, хотя при его размахе плеч я бы поостерёгся говорить ему о сходстве.

— Кто сказал «воздушный шар»? — встрепенулся Иваныч.

— Я… — ответил Полкан.

— Из чего ты делать его собрался, умник? — прищурился мэр.

— Из кожи, — ответил тот и зачем-то указал на меня. — У Вано, вон, группа кожу делает…

— У нас кожа такая, что твой шар разве что вниз лететь сможет! — предупредил я.

— Ну можно же как-то рассчитать… — как-то сразу погрустнел Полкан.

— Вот ты и рассчитаешь! — решил Иваныч. — Вано, покажи ему, что у вас имеется! Если сможет сделать воздушный шар — молодец. Нет…

Под навесом повисло молчание, которое никто не хотел прерывать.

Пришлось Полкану самому задавать опасный вопрос.

— А если нет? — голос у него стал совсем грустный.

— На совет можешь больше не приходить! И пока шара нет — тоже не приходи! — мрачно объявил Кукушкин.