Драконоборец

Теперь, когда дракон ушел, он заметно расслабился. – Это Вереска.

Роза выгнула брови и расхохоталась.

– Правда, что ли? Вереск детьми обзавёлся? И кто та дурочка, что вышла за него?

– Иволгу помнишь? Так вот, она. И у них всего один ребёнок, Лиана.

– А, Иволга. Могла бы найти кого получше.

– Вереск теперь владыка города, – пожал плечами Глыба, – и знаменитый Драконоборец. Куда уж лучше-то?

Роза фыркнула:

– Ты понял, о чём я. Но ты ж посмотри, у меня есть племянница! Приятно познакомиться, Лиана. А это кто, парень?

– Я Листик.

– Дичь какая-то. – Роза улыбнулась от уха до уха. – Двадцать лет людей не видела, а тут их полон дворец.

– Мы пришли спасти тебя! – сказала Лиана.

– Точно, – поддакнул Глыба, обеими руками беря ладошку Розы. – Знал бы, что ты жива, Роза, давно пришел бы за тобой. Я же думал, что ты погибла в ту ночь. Не знаю, как ты столько протянула в этом месте, но мы заберём тебя домой.

Роза некоторое время молча переводила взгляд с Лианы на Глыбу и обратно.

– Меня не надо спасать, – наконец, сказала она.

– Что за глупости, – удивленно проговорил Глыба. – Тебе непременно надо бежать отсюда. Вернуться домой.

– А вот и нет, – отнимая руки, возразила Роза. – Мне твой тон не нравится, Глыба. С какой стати мне возвращаться к людям, которые указывают, как поступать и кем быть или чего не делать и в чём я ошиблась? Отец вот даже муженька мне присмотрел – такого, который, как он сказал, сумеет меня в конце концов «приструнить». Такого, который привязал бы меня к скучной жизни в скучной деревеньке, которые я так ненавидела.

– То есть ты этого хочешь? – спросил Глыба, взмахом рук обводя комнату.

– Да! Хочу жить в драконьем дворце, Глыба! Тут мне ни дня не было скучно. Кто ещё может похвастать тем, что жил среди драконов?

Лиана с тоской поняла, что так приглянулось тёте: она бы и сама была не прочь исследовать дворец, познакомиться со всеми её друзьями-драконами и, может быть, даже выучить драконий язык!

«Только сперва надо вернуться за Фиалкой.

– Тетя Роза, тебе надо вернуться с нами домой, – сказала Лиана. – Ты – ключ к моему большому плану, как примирить папу с дозорными. Если он тебя увидит и поймет, что ты жива, то ему полегчает и он перестанет испытывать вину. Внемлет, наконец, гласу рассудка, перестанет злиться, и мы сумеем исправить всё, что он натворил. – Она почесала в затылке. – Ну, не то чтобы всё … Хотя бы то, что он творит сейчас.