Драгун, на Кавказ!

Ну всё, теперь нужно было немного подождать, чтобы он совсем застыл.

С вырубки протопал Савелий и бросил на землю две большие толстые ветки.

– Ещё пара ходок, и на всю ночь для костра хватит, – сказал он, отдуваясь. – Вань, а пошли со мной? – предложил он Чанову. – Завтра ведь тебе по артели кашеварить, вот как раз дров-то вместе и наберём? Там такое дерево хорошее ядром завалило, я один с ним никак не совладаю, а вместе мы вполне себе даже справимся.

– Ладно, братцы, лошадей пора обихаживать, а там и спать скоро будем укладываться, – проговорил Силович.

Драгуны захватили кожаные вёдра, скребки и щётки и направились к тому месту, где стоял под охраной караулов полковой табун.

– Сейчас я, Силович, уже скоро! – крикнул Тимофей, выбивая на постеленную тряпицу тяжёлые, блестящие кругляши. Ему ещё предстояло снять с них заусенцы и вложить в скрученные уже заранее патронные цилиндрики с порохом.

Посреди ночи с осадной линии послышалась трескотня выстрелов и басовито бухнули пушки.

– Татары на вылазку пошли! – разнёсся крик над растревоженным лагерем.

– Эскадрон, в колонну по шесть становись! – разнеслась команда Огнева. – Трубач, сигнал!

Быстро заскочив в общий строй, Тимоха поправил на голове каску и затянул её ремешок. Пистоль за поясом, лядунка через плечо, а в руках мушкет с надетым уже на ствол штыком. Где-то там за садами бухали выстрелы, а их эскадрон сбивался в единую колонну.

– Бегоом, марш! – крикнул капитан и выхватил из ножен саблю. – Быстрее, братцы, там наши неприятеля на валу сдерживают!

Топая сапогами по замёрзшей земле, драгуны пробежали отделяющее их от осадной линии расстояние за несколько минут. Вместе с ними спешили на помощь егеря Семнадцатого полка, мушкетёры Севастопольского и гренадёры из Тифлисского. Впереди сверкали огоньки от ружейных выстрелов и слышались крики.

– Назад, назад, не увлекаться! Отводить войска к линии! – приказал Цицианов. – Бить отход – это может быть ловушка!

Гремели барабаны и трубы, подавая сигналы на отход. Колонны, ощетинившись штыками, пятились назад.