Дом у воды

— Точно? — усомнилась Пряшникова и метнулась в избу. Арсений даже слышал, как она топочет, поднимаясь по высоким ступенькам. Скрипнула дверь зимовки.

«Муж и жена — одна сатана», — недовольно пробурчал про себя Гаранин.

— Ночи не хватило? — насторожился Вадька. — Что, Джин, девочка понравилась?

— Тебе-то что? — ощерился хозяин. — Отец родной, что ли?

Вадим на минуту задумался, вспомнив, что давным-давно на Светкиной свадьбе видел мельком ее родного отца — здоровенного мужика лет пятидесяти или чуть старше.

Бывшего спецназовца или десантника. Такой один раз ударит — по плечи в землю вгонит. Но предупреждать Гаранина Пряшников не стал. Коли нарвется, пусть пеняет сам на себя. Да и Света Цагерт — девочка взрослая.

— Мне? — переспросил он насмешливо. — Мне, Сенечка, ничего. Только сдается, и тебя проняло… Наконец-то!

— Да пошел ты, — незлобливо отмахнулся Гаранин. — Средства от клещей мне пришли и антибиотики. Я тут местным обещал.

— Обязательно.

Вадим обвел взглядом белые холмы с видневшимися повсюду черными крышами.

Ни над одной из них не поднимался дымок. Не лаяли собаки и не кричали по утру петухи. Пустая, мертвая деревня, где угораздило поселиться Сеню Гаранина.

«Личное дело каждого, — хмыкнул про себя Пряшников. — Мне хватает раз в год пройтись на лыжах по этим местам, а потом вернуться в теплую квартиру на Новом Арбате. Но у каждого своя судьба, а той, что досталась старому приятелю, даже врагу не пожелаешь!»

Во двор выскочила Ленка в расстегнутом пуховике и прокричала громко:

— Все, люди, уходим! Никого не ждем!

— А герцогиня наша? — закричали со всех сторон недовольно.

— Света сошла с маршрута, — объявила Пряшникова, — сильно растерла ноги.

«Скорее между ног, — мысленно осклабился Гаранин, добавив гаденько: — Не без моей помощи, конечно!»

Он стер с лица блудливую улыбку и протянул руку Вадиму.

— Бывай, — пробормотал добродушно.

— И тебе не хворать, — хмыкнул Пряшников, задержав его ладонь в своей.

А потом жестко добавил: — Девчонка хорошая, Джин. Постарайся сильно ее не обидеть.

— Обалденная, — кивнул, соглашаясь, Гаранин и зло пробурчал: — Они все суки, Вадик. Ну, может, твоя Ленка исключение. Специально обижать не стану, а там как получится, — заметил, поморщившись.

— Потом не жалуйся, — равнодушно бросил Вадим и, надев лыжи, первым выскочил со двора. Следом потянулась и команда. Последней двор покинула Лена, насупленная и серьезная.