Доигралась, Кукла!

— Ты должна попробовать себя, — пробормотал Егор, осененный внезапной мыслью. — Самая, блядь, вкусная киска в мире!

Приподнявшись, он накрыл губами ее рот, глубоко толкаясь языком, пропитанным ее вкусом и слишком поздно заметив выходку маленькой хулиганки, которая запустила руку ему в штаны, крепко сжимая стоящий колом член, отчего ему пришлось оторваться от нее с громким шипением.

— Ты такой мокрый, — удивленно прошептала она, размазывая по головке вытекающее предсемя и призывно изгибаясь.

Она словно щелкнула переключателем, потому он тоже, вдруг, растерял всякое терпение. Убрав ее руку, Егор быстро стянул штаны до колен и приставил багровую головку к маленькому сжимающемуся входу. Вот только проскользнуть внутрь у него не получилось. Слишком узко, а болезненное шипение Даши только подтвердили его смутные догадки.

— Ты что, девственница? — пораженно спросил он, садясь между ее ног.

Она отрицательно покачала головой.

— Нет, просто у меня давно не было. Больше года. А до этого тоже всего несколько раз.

— Ладно, — немного возвращая себе самообладание, выдохнул он и, сняв болтающиеся штаны, отбросил их к черту. — Поработаем пальцами.

Кукла Даша отчаянно покраснела, когда он снова лег между ее ног, лицом к киске. Для начала, Егор толкнулся одним пальцем, дурея от ощущения ее тугости.

— Ебать, какая ты узкая! — сдавленно простонал он, касаясь языком клитора, чтобы получить еще больше ее смазки.

Даша вскинула бедра и тоненько простонала что-то. Он принялся ласкать маленькую бусинку, слегка посасывая ее и потирая кончиком языка, пока разрабатывал ее тугую дырочку одним пальцем, скользя им взад-вперед. Девушка быстро потекла, приближаясь к оргазму, и ему удалось втиснуть в нее еще два пальца, действуя медленно и осторожно. То, как сильно смыкались вокруг него узкие стеночки, заставило Егора и самого застонать, потому что он живо представил, как они будут ощущаться вокруг его члена.

Даше потребовалось слишком мало времени, чтобы кончить, сдавленно крича, но это не заставило его остановиться, потому что мужчина понимал — как только он оторвет от нее свой рот, то сразу же засадит по самые яйца, потому что степень возбуждения достигла пика. Вот только такой тугой киске будет не под силу принять его с размаху, всего и сразу.