Сделай это со мной снова (СИ)

Я ищу в себе ощущение того дежавю… с ощущением любви. И оно опять витает…

Глажу пальцем ладонь его второй руки, рисуя там сонные круги.

“На новом месте приснись жених невесте…” — вспоминаю глупое гадание.

Быть может, мне приснится что-то наше с Ханом.

Засыпаю.

Глава 12 — Опасно

— Нет, я не буду подписывать эти филькины грамоты. И деньги не переведу. Они мне потом пришлют третьесортные камни, а я даже оспорить не смогу. Нет, Костя, пусть покажут товар. Тогда обсудим предметно.

Приоткрываю глаза. Утро. Раннее.

— …Большие алмазы я ограню сам, да.

Хан в черных трусах с бордовой резинкой, в распахнутом черном халате стоит в ванной комнате у раковины.

Я вижу его отражение в большое зеркало.

В ухе гарнитура.

— Я спущусь через… полчаса. Сообщи водителю.

Выдавив на ладонь что-то бесцветное, небрежно проводит по мокрым волосам назад. Моет руки.

— Никаких встреч на сегодня не назначай. Соедини меня с Назаром… — ополаскивает руки.

Выходит из ванной. Сдергнув полотенце и вытирая на ходу.

— Зачем так кричать?.. — ворчу, кутаясь в одеяло.

Двери на лоджию открыты. Холодно.

— Оу… — застывает взглядом на мне, словно удивлен, что я здесь.

Я так и спала на диване, он ночью ушел в спальню.

— Ты проснулась. Отлично. Мы выходим через… — смотрит на часы. — Двадцать пять минут.

Но это только заскочить в душ и одеться.

— А завтрак?

— Я не завтракаю.

Скидывает халат на кресло.

— Я — завтракаю, — нахмуриваюсь я, пялясь на его тело.

Подтянутое и красиво оформленное рельефом.

— Мм… — озадаченно.

Нажимает на гарнитуру.

— Костя, мне нужен час, а не полчаса. И завтрак. Что ты хочешь на завтрак?

А что мне приготовят и доставят за полчаса любую версию?

Скептически и недоверчиво смотрю на него.

— Я спросил.

Сажусь по-турецки.

— Я хочу… — кручу прядь на палец. — Угря в кисло-сладком и десерт из гуавы.

— Костя. Угорь в кисло-сладком соусе и десерт из гуавы.

Выслушивает.

— Нет. Тогда просто закажи ей курицу в кисло-сладком и десерт из манго, — смотрит мне в глаза.

Вздохнув, пожимаю плечами.

— Вообще-то, это была шутка, Хан.

— Вообще-то…

Подходит ко мне в упор.

Резинка его боксеров оказывается примерно на уровне моего рта. От пупка вниз идёт внушительная темная дорожка…

Хлопая ресницами, не могу отвести от нее взгляда.

— … завтра будет тебе гуава и угорь, — хрипло и тихо. — Сегодня нет. Долго ждать.

Пальцами касается моего подбородка, поднимая лицо вверх.

— И раз уж мы все равно ждём… — облизывает губы.