Сделай это со мной снова (СИ)

И я почти решила пересесть в другой вагон, как… она достала парфюм и пшикнулась. Запах стал намного ярче! Меня чуть не стошнило. И знаешь, что я сделала? — многозначительная пауза.

— Даже не представляю, — с любопытством слушаю я ее.

Достает из специального кармана на стуле свой клатч. Открывает его и достает маленький атомайзер для парфюма.

— Я их купила у нее.

— Зачем?!

— Некоторые суки должны пахнуть соответственно своему содержанию. Согласна? Дарю… — всовывает мне в руки. — Рекомендую — на мех. Это будет ужасающе неловко.

Тихо фыркаю от смеха.

Коль уж меня все равно собрались ""уничтожать"" могу себе позволить бить первой.

Ее мех остался на кресле.

Сжимаю атомайзер в руке.

Встречаемся с Нелли взглядами.

Стягиваю колечко с пальца. И тихо извинившись иду к Хану, к камину.

Он тихо, но гневно разговаривает по телефону.

— Вы уверены? Я хочу увидеть сам. И я конечно все компенсирую, если вышло недоразумение. Виновные будут наказаны, — с угрозой.

Наклоняюсь, словно поднимая свое кольцо, и делаю несколько ""пшиков"" на ее мех.

— Что случилось? — поворачивается Хан с тревогой глядя на меня.

— Колечко уронила, — демонстрирую я.

Возвращаюсь на свое место.

— Ада, ты ужасная женщина… — тайком отдаю ей атомайзер.

— Я знаю! — самодовольно.

Хан откровенно раздражается и морщится, разговаривая дальше.

Засовывает сигарету в рот. Прикуривает.

— Шампанского или вина? — тихо спрашивает нас официант за спиной.

— Шампанского.

— Что отметить?

— Что, Вашу мать, за вонь?! — тихо взрывается с отвращением Хан.

Поднимает меховую накидку.

Держа на весу принюхивается.

Переводит взгляд на Нелли, дёргая вопросительно бровью.

— Твое?..

Она бледнеет, неуверенно кивая.

Ада злорадно хихикает.

— Вот это отметить.

Ужасные! Мы обе — ужасные… Но я же примеряю фамилию! А Армановым можно всё. Пусть посмотрятся в зеркало.

Глава 47 — Армановы

Безынициативно отламываю ложкой край десерта.

Хан к своему не притрагивается.

Для меня здесь все, словно несъедобно."

"Мой желудок обличающе урчит от голода. Но я не могу есть и всё.

За столом беседы. К нам, благо, не обращаются.

— Почему ты ничего не ешь? — тихо.

— Догадайся.

— Этот дом тебя не любит?

С удивлением разворачиваюсь, заглядывая ему в глаза.

Вау.