Дочь дьявола

Застигнутая врасплох, Фиби отпустила сложенные платки. Мистер Рэвенел отказывался встретиться с ней взглядом. Сдвинув густые тёмные брови, он прижал ткань к ране.

Она не смогла удержаться и украдкой взглянула на обнажённую часть торса. Его тело было таким крепким и загорелым, будто отлитым из бронзы. Ниже, у бедра, атласная коричневатая кожа сливалась с участком цвета слоновой кости. Зрелище казалось настолько интригующим и интимным, что она почувствовала, как низ живота приятно сжался. Находясь так близко, Фиби не сдержалась и вдохнула его согретый солнцем аромат с примесью пота и пыли.

– Я скажу мужчинам привести лошадь и телегу, чтобы отвезти вас обратно в особняк, – с трудом проговорила она.

– В телеге нет необходимости. Я сам дойду.

– Кровотечение усилится, если вы будете напрягаться.

– Это всего лишь царапина.

– Но глубокая, – не отступала она.

– Мне нужны только мазь и повязка.

– Позволим доктору принимать решения. А пока, вам понадобится телега.

– Вы собираетесь применить физическую силу? Потому что это единственный способ погрузить меня на эту чёртову штуку, – проговорил он тихим уверенным тоном.

Мистер Рэвенел казался таким же рассерженным и грозным, как и бык, несколько минут назад. Но Фиби не собиралась позволять ему нанести себе ещё больший вред из-за чисто мужского упрямства.

– Простите меня, если я веду себя как деспот, – произнесла она самым умиротворяющим тоном, на который была способна. – Обычно я так поступаю, когда о ком-то переживаю. Естественно, это ваше решение. Но сделайте мне одолжение, хотя бы ради того, чтобы избавить меня от беспокойства о вас на каждом шагу по пути домой.

Упрямо сжатая челюсть немного расслабилась.

– Я указываю людям, что делать, – сообщил он ей. – А не наоборот.

– Я не указываю.

– Но пытаетесь, – мрачно проговорил он.

По её лицу расплылась безудержная улыбка.

"– У меня получается?

Мистер Рэвенел медленно поднял голову. Он не ответил, только одарил странным, долгим взглядом, от которого её сердце пустилось вскачь, и она почувствовала головокружение от силы его ударов. Ни один мужчина не смотрел на неё так. Даже муж, для которого она всегда находилась в пределах досягаемости, и в чью канву дней её присутствие было прочно вплетено. С детства она служила для Генри тихой гаванью.