Дочь дьявола

Она никогда не делала ничего подобного при свете дня, поэтому чувствовала себя ужасно беззащитной и беспомощной, но по какой-то причине от этого возбуждалась только сильнее. Целуя и покусывая, Уэст продолжал дразнить пупок, а его пальцы перебирали лёгкие завитки, прикрывающие лоно.

Его рот переместился на внутреннюю сторону бёдер, он уткнулся носом в нежную кожу и вдохнул её аромат. Фиби одолело сиюминутное беспокойство, она задалась вопросом, зачем ей понадобилось просить его о таком. Это казалось чересчур.

Прежде чем она успела попросить его остановиться, Фиби услышала, как Уэст низко заурчал. Он издавал такие звуки, когда испытывал сильное наслаждение, будь то бокал хорошего вина или сладкое, сочное блюдо. Его кончик пальца скользнул по припухлой расщелине, отыскав нежный, податливый вход в её тело. Он на мгновение погрузился во влажные глубины, а затем вернулся к её груди и потёр сосок, словно смазывая вершинку благовониями.

Испытав шок, Фиби начала вырываться, но он с лёгкостью вернул её на место, надёжно удерживая за бёдра.

Она закрыла глаза, сосредоточив всё внимание на волнообразных движениях его языка, пока он исследовал внешние створки её лона, очерчивая изгибы с обеих сторон, а затем переместился к чувствительным краям внутренних губ.

В глубине живота разгоралось пламя. Его язык продолжал смаковать её плоть... последовало ещё одно дразнящее движение... затем томное и неспешное. Её тело покрылось испариной и напряглось и, казалось, больше не принадлежало ей, будто было создано исключительно для удовольствия.