Дочь Гингемы

Увидишь, как этот железный чурбан обрадуется! Теперь понял?

— Нет, — честно признался Нарк. — А что такое «письмо»?"

"Корина только рассмеялась и безнадежно махнула рукой. По старой привычке она уселась на волка верхом, но ее ноги лишь слегка оторвались от земли.

— Э-э, ты зачем пригнулся, плут? — строго спросила она.

— Я не пригнулся, — обиженно отозвался Нарк.

Юная волшебница не сразу сообразила, что произошло.

— А-а, да я просто выросла! — улыбнулась она, слезая с мохнатого зверя. — Все, отъездилась я на твоей широкой спине, дружище.

Ладно, пойду пешком. Жаль, что я пока не знаю заклинания Виллины, а то бы мы с тобой могли мгновенно переноситься с места на место. Хм-м… а если нам, Наркуша, превратиться в птиц или, скажем, мух?

Волк вздрогнул всем телом.

— У-у, только не это! — завыл он. — Не хочу быть мухой! Разве у нас с тобой нет крепких ног, хозяйка?

Корина пожала плечами, но возражать не стала.

Девушка и волк пошли по хорошо нахоженной тропинке в лес.

Часа через два они оказались на дороге из желтого кирпича. Здесь друзья свернули налево и направились в северо-западную часть Голубой страны.

Нарк бежал чуть впереди своей хозяйки, настороженно принюхиваясь и прислушиваясь. Он ощущал множество запахов, и не все из них были волку знакомы.

К вечеру друзья дошли до развилки. Лес в этом месте был особенно глухим. Высокие старые ели нависали над дорогой, полностью закрывая небо. Со стороны небольшого болотца ползли языки серого тумана.

— Бр-р-р, холодно! — вздрогнула Корина, потирая озябшие руки. — Неужели здесь нет никакого жилья? Что-то мне не очень хочется ночевать под деревом.

— Посмотри, хозяйка! — вместо ответа сказал Нарк.

Он подбежал к перекрестку. Вправо от большой дороги уходила поросшая травой и усыпанная белыми камнями тропинка. В самом ее начале стоял покосившийся трухлявый столб, на котором висела на одном гвозде широкая доска. На ней было коряво написано:

«ЭЙ, ПУТНИКЪ! ЗАХХОДИ В ГОССТИ К АДДИНОКОМУ И БАЛЬНОМУ ПРИБАЛЬНОМУ, НО ОЧЧЕНЬ БАГГАТОМУ ЕНВАЛЛИДДУ!»

— Это еще что за «енваллидд»? — удивилась Корина, разглядывая доску.

 — А-а, понимаю, это значит «инвалид». Интересно, что за грамотей написал эту галиматью?

Нарк оскалил зубы.

— Какая разница, хозяйка? — бодро рыкнул он. — Кто бы ни писал, он должен жить неподалеку. Я чувствую много-много запахов Жевунов и еще один, сильный и незнакомый.