Дивергент

 – Они меня трогали.

Все его тело напрягается, рука стискивает пакет со льдом.

– Трогали, – повторяет он.

Его темные глаза холодны.

– Не… так, как ты думаешь.

Я прочищаю горло. Я и не подозревала, как неловко будет об этом говорить.

– Но… почти.

Я отворачиваюсь.

Он молчит и не двигается так долго, что в конце концов мне приходится что-то сказать.

– Что такое?

– Мне не хочется этого говорить, но, видимо, придется. Пока что тебе важнее быть в безопасности, чем быть правой. Понимаешь?

Его прямые брови нависают над глазами.

Я киваю.

– Но прошу тебя, при первой возможности…

Он прижимает к моей щеке прохладную и сильную ладонь и приподнимает мою голову, чтобы я посмотрела на него. Его глаза почти хищно сверкают.

– Уничтожь их.

Я нервно смеюсь.

– Ты немного пугаешь, Четыре.

– Пожалуйста, не зови меня так.

– Как же мне тебя звать?

– Никак. – Он убирает ладонь от моего лица. – Пока никак.

Глава 23

В ту ночь я не возвращаюсь в спальню. Глупо спать в одной комнате с людьми, которые напали на тебя, только для того, чтобы казаться отважной. Четыре спит на полу, а я на кровати, поверх покрывала, уткнувшись носом в его наволочку. От нее пахнет стиральным порошком и чем-то тяжелым, сладким, отчетливо мужским.

Ритм его дыхания замедляется, и я приподнимаюсь на локте, чтобы посмотреть, спит ли он.

Кто бы он ни был, он мне нравится. Сейчас, в темноте, после всего, что случилось, мне проще признать это перед собой. Он не милый, не кроткий и не особенно добрый.

Я слежу, как мышцы на его спине вздымаются и опадают, пока не проваливаюсь в сон.

Когда я просыпаюсь, тело ноет. Я сажусь, морщась и держась за ребра, встаю и подхожу к маленькому зеркалу на противоположной стене. Заглянуть в него удается, только поднявшись на цыпочки. Как и ожидалось, на щеке темно-синий кровоподтек.