Дюймовочка и Великан

Да, это была его Дюймовочка, без трусов, как он ее оставил, когда уходил помогать неопытный Глафире отелиться прекрасным теленком, названном в его честь. Тамара Павловна вообще старушка странная, но сейчас было не до этого.

Член уже стоял, тело налилось возбуждением, девушка в руках была такая гладкая, податливая. Вот она потянулась, руки накрыли ее грудь, соски уже торчали, Егор начал снимать футболку, Лиза запутались, засмеялась, что-то проворчала о том, что он маньяк. Но тут же тихо застонала, когда Егор начал целовать грудь, облизывая сосок.

Когда последний раз у него такое было, что он засыпал и просыпался с желанием не просто кого-то трахнуть, а жить? Жить с уверенностью, что этот день действительно будет прекрасным, что впереди много интересного и нового.

Они сейчас покувыркаются в кроватке немного, получат по оргазму. Потом позавтракают принесенными от Тамары Павловны гостинцами. А вечером обязательно протопят баньку, попробуют самогона, не с утра же его пить, на самом деле.

Но всем планам суждено было накрыться, как говорится, медным тазом.

В дверь громко постучали. Хабаров сделал вид, что не слышит. Его нет дома, и вообще, все могут идти к чертям, у него есть дела важнее.

Но стук повторился, более настойчивый и громкий.

— Дядя Егор, дядя Егор, вы дома? Откройте, дядя Егор, откройте!

— Да черт их всех подери.

— Снова гости? А ты очень популярный, даже не представляю, кого на этот раз ты будешь спасать.

Лиза улыбнулась, отстранилась от мужчины. Футболку все-таки с нее сняли, она прикрылась одеялом и, прикусив губу, посмотрела на Великана.

"Вот же сучка какая, до чего хороша, так бы и зацеловал ее всю, залюбил бы до обморока. Маленькая, а хитрая, глазки невинные, что хочется отдать нательный крест и бессмертную душу — сразу все оптом за то, чтобы вот так сидела голая в его кровати.

— Дядя Егор, откройте, это я, Федор, внук Тамары Павловны, срочное дело, очень срочное. Дядя Егор, откройте!

— Да иду я, иду, — Хабаров встал, поправил возбужденный член в трусах, поднял с пола свою футболку, прикрылся ею и пошел открывать.

На пороге стоял знакомый паренек, он был взволнован, снял шапку, почесал косматый затылок, шмыгнул носом.

— Итак, Федор, что случилось на этот раз?

— Тут такое дело, дядя Егор…

— Какое дело? — Хабаров был зол, второй раз его отрывают от сладкого.

Любопытный Федор заглянул за плечо мужчины, удалось разглядеть девушку, которая быстро встала, показывая голую спину и попку, надела длинную футболку и отошла в сторону.