Дюймовочка и Великан

Уговаривал, утешал, но ему не нужны были никакие слова, он должен был сам во всем разобраться, в первую очередь в себе.

Подошел к дому, посмотрел на него издалека, прислушался, вроде все тихо. Когда стал подходить ближе к крыльцу, заметил незнакомые следы. Их было много, кто-то топтался на одном месте, а потом пошел в сторону леса.

Надо ставить большой забор, чтобы никто не смог пройти по участку. Но отец не любил заборов, дом должен был быть продолжением леса, его частью, сливаться с ним.

Обошел дом, заглянул в окна, ничего не видно, шторы задернуты, но кто-то приходил точно.

Пахло чем-то неуловимо цветочным, и почему-то именно этот аромат ассоциировался с тем, что в доме была женщина. Разулся, быстро скинул одежду, прошел до кровати, Дюймовочка спряталась под одеялом, торчал лишь один нос.

Забавная какая, наверное, испугалась гостей и спряталась, как мышка в своей норке.

Странно было все: сначала цветочный аромат, сейчас вот такие нежности, и это как бы было все в порядке вещей, Егору понравилось. Пока шел, думал о том, что возьмет ее по-быстрому, сорвет футболку, зацелует грудь, живот, спустится между ног, даже слюна скопилась во рту. Но не стал этого делать.

Захотелось просто полежать, почувствовать удары ее сердца.

Глава 14

Хабарову снилась какая-то сладко-розовая муть.

Впервые за все время мужчина видел не черноту и пустоту, а сон — с картинками, героями и сюжетом. Он, конечно, не мог себя ассоциировать со сном, но тем не менее Егор принимал активное в нем участие.

Было много розовых шаров, розовых пайеток, огромных надувных единорогов и радуга. Ярко светило солнце, где-то плескалась вода, и журчал фонтан, было много детского смеха, звон бокалов.

— Ты снова ко мне пристаешь? Дай поспать.

Голос был слышен сквозь сон, Егор понял, что проснулся, и он сейчас не где-то в розовом царстве, а в своей постели, рядом девушка. Руки уже задрали ее футболку, начали скользить по обнаженному телу.