Девушка с Косой

— А сколько ему лет? — холодея от неприятного предчувствия, переспросила я.

— По вашим меркам очень много. Девяносто восемь. Даже удивительно, что старик столько протянул… хотя бывает, что скверна не только портит жизнь, но и удерживает душу в загнивающем теле. Как помнишь, с тем псом.

Устный счет никогда не был моим коньком, но тут я справилась, и, облизнув пересохшие губы, уточнила:

— А про блокаду Ленинграда в его биографии что-то есть?

— Есть, — кивнул Мик. — Тогда все и началось, насколько я понял.

— Понятно, — я уткнулась лбом в холодное стекло и закрыла глаза.

— Я тебе сто раз говорил. Сто раз! Прекрати так делать! — Мик сначала встряхнул меня за плечи, а потом обнял. — Мы выживем. И нас ждёт долгая, свободная от обязательств жизнь. Но если ты будешь пропускать через себя все горести каждого объекта охоты — ты превратишь свою жизнь в ужасное существование. Умоляю, Мастер… перестань…

— Да не могу я! — вырвалось из самой глубины души.

Я развернулась и уткнулась лицом в его куртку, пряча внезапные слезы. Как хорошо, что я не одна… и… что именно он со мной… и… так. Хватит ныть. Я не могу его подвести, ведь сама втянула в эту дурацкую гонку.

— Я не знаю, поможет ли это… — серьезно проговорил Мик, — слишком занят был всё это время, чтобы искать объяснение твоим…способностям. Но надеюсь, когда мы, наконец, закончим эту гонку, достаточно будет купить тебе мощный артефакт, блокирующий ментал от внешнего воздействия.

— Ага, — согласилсь я, уже устыдившись своей слабости. — Я справлюсь, не беспокойся.

— Выходим, — Мик еще раз покрепче прижал меня к себе, а потом подтолкнул к разъехавшимся дверям электрички. — Потерпи, это единственное настолько сложное задание. Даже на экзамене будет проще!

Глава 32

Ириска

— Зато долг закроем, — я шмыгнула носом и послушно вышла на серый от дождя перон. На порыжевшем от времени указателе чуть подтекшими буквами было написано «Зябликово».

— Скрыт! — скомандовал Мик, когда мы спустились по рассыпающимся от времени бетонным ступенькам в реденький лесок за платформой. И как только на мне оказалась лёгкая тёмная накидка, превратился в Косу.

По раскисшей осенней улочке между старыми деревянными дачами, пустыми и унылыми, мы добрались до добротного кирпичного забора.