Девственность на продажу

Сидящий рядом Михаил, быстро освободил левую грудь, глядя на брата. Через миг он припал к ее соску и стал жадно лизать его и засасывать.

На Диану волной накатило сильнейшее желание. Она по-прежнему представляла, что перед ней сейчас ее любимый Олег и что это именно он ласкает ее.

И хотя она прекрасно понимала, что перед ней был вовсе не Олег, а наглые близнецы и их новенький друг, которого она вообще не знала, Диана и не думала сопротивляться, а только следила за развитием событий, доверяясь судьбе.

Пока Петр грубо мял грудь Дианы, с силой оттягивал соски, кусал их, Михаил уже полез руками между ног девушки.

Парень активно массировал клитор своей попутчицы и она извиваясь, стонала от его ласк, взвизгивая каждый раз, когда Петр особенно сильно прикусывал сосок.

– Вы там аккуратнее! Мне что-нибудь оставьте! Скоро уже приедем! – взволнованно произнес Толик, который от увиденного в зеркале заднего вида, уже сам был на взводе.

– Не переживай, Толян, моя рабыня всех обслужит! Она сделает все, что я прикажу! – вальяжно произнес Михаил и грубо смял ее грудь.

– А с чего это она вдруг стала твоей рабыней? – недовольным тоном произнес Петр, – Мы, вообще-то, оба наследники, я тоже полноправный владелец рабыни отца!

– Я первенец! – засмеялся Михаил, – Значит все лавры и все сладкие куски пирога – мне!

– Да пошел ты! – всерьез обиделся Петр, – Она общая рабыня, тебе понятно? Диана, ты слышишь? Я тоже твой хозяин, не меньше, чем он!

– Да, Господин, – прошептала Диана, испуганно смотря на обоих братьев и не понимая, что ей делать, если они начнут ее делить.

– Диана, скажи ему, что ты хочешь быть только моей рабыней, – произнес Михаил и больно шлепнул ладонью по груди.

Диана только сдавленно вскрикнула и замолчала. Она решила не вмешиваться в семейные дела братьев.

Тем временем, Михаил уже сдвинул трусики и просунул два, а затем три пальца в жаждущую интимной близости, промежность Дианы.

Он грубо задрал ей ногу и Петр, глядя на брата, сделал тоже самое с другой ее ногой. Диана почувствовала, что ее возбуждение достигло своего апогея. Ее тело затряслось от нетерпения и она застонала еще сильнее, а Михаил продолжал грубо и бесцеремонно двигать внутри нее своими сильными пальцами.

За время “отпуска” от Александра, ее многострадальное лоно уже зажило и забыло то время, когда оно было изрядно натерто изнутри секс-машиной.