Дети тумана

Хаотическое мелькание алых зигзагов постепенно становилось более упорядоченным, и вскоре экран крест-накрест пересекли две идеально правильные алые прямые, и он стал похож на оптический прицел. Гамлет перешел в кузов, нажал несколько кнопок. Рифленая стена кузова раздвинулась, в квадратное отверстие грозно глянул спаренный пулемет. Гамлет сдвинул предохранители и повел стволами вправо-влево, целясь в лес, мимо которого они мчались.

– Стоп! – рявкнул Братец Маузер, и Купидон мгновенно затормозил.

 – Где-то здесь, парни.

– И, судя по тому, что лес довольно густой, это уже не автомобиль…

Фургон стоял на обочине черной автострады. Перед ними был лес, немая стена деревьев, прятавших нечто неизвестное и непостижимое. Слабенький ветерок, синее небо и тишина, которую во что бы то ни стало нужно было разнести в клочья пулеметными очередями.

– Пошли, – сказал Купидон. – Гамлет, остаешься прикрывать. Братец, ты вправо, я влево.

Они вошли в лес, двигаясь среди стволов так, словно земля под ногами была стеклянной и, надавив подошвой сильнее, можно было провалиться вниз, где грузно клокочет кипящая смола.

Они не знали, что увидят, и это было самое страшное – враг с тысячей лиц, тысячей обликов, помесь вурдалака с Протеем…

– Купидон! – зазвенел стеклянным колокольчиком девичий голос.

Он мгновенно развернулся в ту сторону, палец лег на курок, автомат нашел цель. И тут же опустился.

Между двумя раскидистыми дубами стояла девушка-кентавр, одной рукой она опиралась на тонкое копье с золотым наконечником, другой небрежно и грациозно отводила от лица упругую ветку.

Лукавые, улыбчивые серые глаза обещали все и не обещали ничего, в волосах запутались зеленые листья. Она легонько ударила копытом в мох и рассмеялась:

– Ты не узнал меня, глупый?

– Конечно узнал, – сказал Купидон. – Ты – Меланиппа, амазонка из Фессалии, верно?

– Да, – сказала девушка, улыбаясь ему. – Ты, кажется, не удивлен?

– Нет, – сказал Купидон.

 – Я всегда верил в вас. Я знал, что были кентавры, была Атлантида, рыцари короля Артура, что древние сказители не выдумывали легенды, а описывали то, что видели. И вот – ты. Такой я тебя и представлял.

– И ты обронил как-то: «Увидеть фею и умереть…»

Ее лицо было юным и прекрасным, как пламя.

– Я красива? – спросила она.

– Ты прекрасна, – сказал Купидон.

– Спасибо, милый, – сказала Меланиппа.

И, улыбаясь нежно и ласково, метнула копье.