Десятый храм

Может, его тяжело ранили в туннеле, и он упал в обморок?

Моя задумка оказалась правильной. Уже через секунд десять Дхакун прошептал:

— Крадется, один, господин барон!

А ещё через несколько секунд я услышал, как ревет попавшийся в ловушку оборотень.

— Надежно встрял? — спросил я Дхакуна тихонько. Было все же боязно, лежать, даже не поворачивая головы, к таком страшному монстру.

— Намертво, милорд, согнут вдвое кверху брюхом! — ответил призрак.

Вот тут я засомневался, что делать дальше. Есть ли смысл лежать, по-прежнему изображая потерю сознания? А если есть еще оборотни, и один из них атакует меня через сработавшую ловушку? Оторвет же голову, скотина, и скажет, что так и было! А в этом случае мне пятисекундная неуязвимость никак не поможет!

Но тут, к счастью, выскочило уведомление:

Поздравляем! Данж «Катакомбы Артаксены»!

успешно пройден! Награда: 20000 опыта, содержимое спрятанного в катакомбах сундука, плюс семь к репутации в отношениях с Тимпулом.

Радостно подскочив, я осмотрелся.

Глава 5 Мое сокровище!

Сундучок пришлось все же поискать. Не став возиться лично, я задействовал своего крота, и вскоре тот притащил мне единственный артефакт, что имелся в зале.

Амулет уворота.

Смещает владельца в сторону при внезапном ударе, который он не заметил, уводя с линии атаки. При срабатывании расходует тридцать процентов резерва маны владельца. Активируется снова спустя час.

Ну что сказать — не зря Тимпул мне чуть ли не подмигивал, торопя заняться этим данжем! Приз из сундучка мне очень понравился — ничего похожего в продаже я никогда не видел.

Единственный момент — похоже, есть и подвох. Если амулет забирает тридцать процентов резерва маны, то он может не сработать, если маны в резерве осталось меньше этой цифры.

Амулет я тут же накинул себе на шею, такая полезная вещица теперь всегда должна быть со мной. И, выйдя из данжа, отправился в Бантосу. Заходя в грот, подумал — интересно, что чуйка Галатиана сработала негативно на идею идти к алтарю кровавых колдунов в гроте, но не сработала на этот данж, в котором его в итоге сразу же и убили.