Десятый храм

Гном помялся, помялся, но все же сказал:

— Да, если начистоту, хотел убедить ее покинуть базу, и провести некоторое время со мной.

— И зачем это тебе? — поджав уголки рта, спросила Иовилла, — если влюбился, то что-то слишком долго тебя тут не было.

— Да нет, девушка у меня есть, дело уже и к свадьбе идет, — ответил гном, беря чашку с чаем, что поднесла ему одна из соратниц Иовиллы, — тут как сказать… должен я ей! Жизнь она мне спасла, пришел вернуть должок!

— Что ты имеешь в виду? — спросила кланлидер, — вы же с ней виделись совсем ничего, как это она могла успеть тебе жизнь спасти?

— Тут такое дело, — видно было, что гном говорит неохотно, — я, когда с ней сюда шел, не знал о проклятии верховного дьявола.

А она мне рассказала. Не скажи она мне этого, я мог бы запросто начать летать на грифоне на длительные расстояния, да тут же и погибнуть через сто километров.

— А от кого же тебе надо ее спасать? — мягко спросила пленника Иовилла, — ты же дал слово, когда она тебя сюда привела, что никому не скажешь о нашей базе.

Значит, раз никто о ней не знает, она в безопасности.

— Так я свое слово и не нарушил! — возмутился Трой, — сама же видишь, один я пришел! Но тут дело такое, дракон твой шныряет туда-сюда, а за ним могут проследить! И сама понимаешь, что потом будет!"

"Иовилла ничего ему не сказала. Собственно говоря, все услышанное, повергло ее в смятение. Гном не должен был долго прожить после их разговора. Чай с ним попить, вывести пленника на откровенность, потом приказать быстро убить — не отпускать же непонятно чьего разведчика, который ночью подкрадывается к ее базе!

Но разговор с Троем словно вынул из лидера ассасинов позвоночник.

Всему, что он сказал, она поверила. Может, что он и не договорил, но в главном не врал — он заявился сюда спасать Лоллиан, и он точно знает, что базе угрожает опасность. Это была ценная информация, но в данный момент ее ценность волновать кланлидера перестала. Появление гнома разбередило все раны, которые только начали заживать. Иовилла больше не чувствовала себя ни безжалостным и расчетливым ассасином, ни могущественной завоевательницей, в распоряжении которой оказался дракон и огромная армия. Здесь и сейчас, она была непутевой матерью, из-за неумеренных амбиций которой ее единственной дочери пришлось пожертвовать своей жизнью, а перед ней сидел едва знакомый гном, который, как оказалось, был готов сделать для ее дочери больше, чем смогла сделать она сама — попытаться спасти ей жизнь, рискуя своей.