Демон ночи

Огромные чудовища детских кошмарных снов вставали на его пути и преграждали ему дорогу; длинные и тонкие, как веревки, змеи хлестали его, словно кнутом, так что на груди у него оставались кровавые полосы; ядовитые испарения заволакивали коридоры пещер.

Когда он наконец выбрался на поверхность, он был совершенно измотан. Отлетев в сторону от этих страшных пещер, он приземлился в девственном лесу, чтобы осмотреть свои раны.

Тамлин, демон, нигде не имеющий пристанища, ни в мире кошмаров, ни в мире людей, лишенный всякого общества…

– Проклятая девка! – произнес он сквозь зубы.

 – Я сотру тебя с лица земли! Ты в самом деле думаешь, что я хочу пор завлекаться с тобой? Я распалю тебя, как обычно, так, что ты не сможешь больше терпеть, и когда ты уже будешь думать, что я войду в тебя, я нанесу тебе сокрушительный удар. Потому что мне ты нужна только для того, чтобы я мог терзать кого-то. Никогда в жизни ты не будешь обладать мной, никогда!

Он с наслаждением думал о том моменте, когда он нанесет ей смертельный удар – с помощью ножа, рук или заклинаний, он точно пока не знал.

Он знал лишь то, что это будет великолепно!

Поездка домой показалась Ванье бесконечно долгой. Ах, как она истосковалась по дому! Отец, мать, все родственники, домашние животные…

Бабушка Белинда умерла зимой. Собственно говоря, это было облегчением для всех, потому что последние годы она уже ничего не понимала. Она просто лежала, словно увядшее растение, не узнавая никого.

Мама Агнета написала тогда Ванье, что она может занять теперь бабушкину и дедушкину часть дома.

Она не знала, радоваться ей или печалиться. Конечно, она должна была радоваться, но если кое-кто не будет навещать ее? Если кое-кто предпочтет остаться в ее старой комнате? Кстати, кому она теперь достанется?

Все эти мысли роились у нее в голове, когда она с нетерпением смотрела на пробегавший мимо пейзаж.

Она знала, что Кристоффера теперь нет дома. Он стал врачом и собирался отправиться в Лиллехамер, как писала ей мать. А Бенедикта и ее маленький Андре были приглашены на пару недель в Кристианию к одной ее подруге.

Так что в данный момент в Липовой аллее оставались только мать и отец. И, разумеется, Малин и Пер жили на своей вилле, но она находилась от них довольно далеко.

Два года… Два года Ванья не была дома. Многое теперь изменилось, она была в этом уверена.

Но был ли он по-прежнему там?

Она не видела его с той самой ночи, когда он явился ей во сне. И этот сон был прерван звонком в дверь.