Демон ночи

Но вместо этого он потерпел полное поражение, потому что чертовой Туле пришли на помощь четыре неизвестных демона, сбросившие его со скалы. Хотя потом Тула исчезла вместе с этими демонами, что было для него, вопреки всему, хоть каким-то утешением. Обо всем этом Тамлин не имел ни малейшего понятия.

А еще раньше Тенгель Злой выиграл здесь другую битву. В тот раз его вассал Колгрим заколол его злейшего врага, Тарье, который был избранным для того, чтобы сокрушить Тенгеля. Но Тарье так и не узнал, для чего он был предназначен.

С помощью Колгрима Тенгель эффективно прервал его путь.

Здесь, поблизости, он предстал перед Ульвхедином и одолел этого несокрушимого противника, осмелившегося повернуться спиной к своему предку. А ведь Ульвхедин был таким хорошим помощником по части распространения зла! И неподалеку отсюда Суль однажды встретила Тенгеля. Но эта девчонка была настолько безрассудной, что даже не почувствовала смиренного страха.

Тенгель выбрал это место для встречи со своими новыми рабами. Здесь дух его был наиболее силен, здесь было его место обитания, и у него не было нужды напрягать свои силы для того, чтобы разыскивать своих родственников, в том числе того юношу, который мог бы его так порадовать, но которого испортил Тенгель Добрый.

И вот теперь в его распоряжении был летящий ночной демон. Он еще не взрослый, еще не развился окончательно, но у него крылья, а это самое главное.

Лилит постаралась на славу. Произведенный ею на свет потомок явно был сыном красивейшего из всех ночных демонов. Разумеется, этот его раб был с точки зрения людей страшилищем, но как демон он был в числе красавцев.

Но это, вообще-то говоря, к делу не относится.

– Жалкая тварь, – шептал дух Тенгеля Злого, и изо рта дряхлого, отвратительного создания вырывались клубы зеленоватой пыли.

Тамлин, будучи по натуре гордым, терпеть не мог пресмыкаться перед этим уродом. Ему было отвратительно, когда с ним обращались как с рабом и низменной тварью, но власть Тенгеля Злого была над ним такой сильной, что ему оставалось только склоняться перед ней, смиренно опустив голову.

– Пока нет ничего опасного, господин и учитель.