Демонический отбор

Вокруг что-то взволнованно щебечут девушки, но я не слушаю. Свернулась в клубок. Ко мне запустили Лаки. Вот его я утащила в свою маленькую пещеру и прижала к груди. Тепленький. Сердечко так быстро стучит.

Нет. Все равно холодно. Мерзко и промозгло. Ненавижу холод.

Снаружи стало как-то подозрительно тихо.

— Дорогая жена, я ценю ваше стремление оказаться поскорее со мной в постели, но давайте сначала посетим торжественный ужин."

"У-у. Явился. Мучитель.

— Не хочу. Холодно.

— Одеяла все равно не помогут.

Последняя фраза для меня прозвучала угрожающе. Кое-как выбралась из своего кокона. Кретор рядом. Вальяжно развалился на просторной кровати и с весёлым прищуром с любопытством на меня смотрит.

— Границы уже открыты? — спрашиваю о насущном. Может, ещё спасут от этого холода. Проблемы с братьями у меня были еще те, но с ними мне хотя бы не было плохо физически.

— Нет. Увы. Придется подождать до тех пор, пока вы не примете дар. Подданые, конечно, будут роптать, если совсеи долго придется ждать, поднимется волна возмущений… вот тогда я отдам вам посох.

— А если эту силу я так и не приму?

Кретор «по-доброму» улыбнулся.

— Вы любите боль?

— Нет.

— Тогда примете. Сила уже в вас, она никуда не денется.

Кретор протянул мне руку и помог подняться. Хочу отойти, но новоиспеченный супруг не пускает, тянется ко мне и я тут же зазмурмваюсь и сжимаюсь.

Ничего не происходит.

— Драгоценная моя, в чем дело?

Осторожно приоткрываю один глаз.

— А вы меня целовать не будете?

— Не собирался. Хотел помочь расправить платье, но вот теперь подумываю поцеловать. Почему такая реакция?

— Вы меня уже два раза целовали и каждый раз ощущения были еще те.

Кретор обнял меня за талию и медленно приблизил свое лицо к моему и вкрадчиво произнес:

— Теперь больно не будет. Разве что немного. Мне.

Кретор окончательно сократил между нами расстояние и поцеловал меня.

Поцелуй длился недолго, от силы несколько секунд. Я успела только почувствовать твердые властные губы короля севера, как он тут же отстранился.

С немым изумлением смотрю на посиневшие от холода губы Кретора.