Награда

— Это случилось очень давно, но скверные новости я получила только сегодня, — выдавила Гаэль и, бережно положив лоскуток ленты в коробочку, закрыла ящик стола.

Она будет хранить этот лоскуток вечно — все, что осталось от подруги, если не считать фотографий, сделанных ее родителями, когда девочки еще были маленькими. Снимков остальных Фельдманов у нее не было, но их лица и так навечно выгравированы в ее памяти.

— Кто-то из близких? — спросила Айви.

Гаэль кивнула и встала.

— Знакомо. Во время войны у нас в доме жили двое польских юношей.

Гаэль согласно кивнула. Британцы прямо перед войной посылали поезда в Германию, Польшу, Венгрию, Австрию и Чехословакию, чтобы вывезти еврейских детей, оставшихся без родных.

— Твои родители — прекрасные люди. Нам до них далеко. Все так изменилось!

Иногда Гаэль чувствовала себя виноватой из-за того, что носила красивую одежду, прекрасно проводила время, общалась с подругами.

— Все закончилось, — просто сказала Айви. — Нужно идти дальше. Наши слезы их не вернут.

Она права. Гаэль вздохнула и пошла за ней в гостиную. У каждой девушки имелись свои потери, но они об этом старались не говорить, хотя это не значило, что забыли.

Этим вечером Гаэль пребывала в печали и не переставала думать о Ребекке. Спать она легла пораньше, решив, что Айви права: ее страдания ничего не изменят. Нужно идти дальше ради тех, кто погиб, ради себя самой. Главное — не забывать тех, кого уже нет в живых, чтить их память и позволить шрамам исцелиться. Конечно, на это нужно время, а память останется навсегда.

С этой мыслью она так и заснула и увидела во сне Ребекку.

Куда бы они ни ушли, Гаэль надеялась, что там им хорошо, спокойно, там царит вечная любовь, а на земле их будут помнить. Ребекка навсегда останется ее любимой подругой.

Глава 8

Июньская поездка в Нью-Йорк на съемки для журнала «Вог» была ошеломляющей. Вместе с Гаэль поехала помощница мадам Сесиль, чтобы проследить за поведением девушки и сделать все как полагается.