Награда

Приносить в жертву тех, кого любишь, не поддерживать в час беды — означает выбрать дорогу одиночества и неверный способ начинать жизненный путь. Если Доминике суждено быть счастливой, то ей придется пройти длинную дорогу и многому научиться: понять, что нужно не только брать, но и отдавать, а не просто украшать мир своим присутствием. Только вот в чем проблема: никто не убедит ее стать такой, какой она быть не хочет.

Гаэль уехала на следующий день, сказав дочери на прощание, как гордился бы ею отец, и это было правдой.

В самолете она думала о Доминике. В то, что они будут когда-нибудь близки, она потеряла веру. Гаэль приехала на церемонию, потому что Доминика ее дочь. Отныне все — ее работа закончена. Теперь только от самой Доминики зависит, кем она станет.

В тридцать, через шесть лет после получения степени магистра, Доминика была уже важной фигурой на Уолл-стрит, и ее мечты сбывались, или казалось, что сбывались, по крайней мере с точки зрения профессии.

Десять лет спустя, в сорок, Доминика достигла почти всего, о чем мечтала, но мать опасалась, что за ее победами кроется пустота. Она не вышла замуж, не родила детей, даже постоянного партнера не имела. Правда, два года назад, во время одного из приездов Гаэль в Нью-Йорк, Доминика призналась, что двенадцать лет у нее был любовник, женатый, который все это время обещал, но так и не бросил жену.

Доминика двенадцать лет провела в зале ожидания жизни и хотя еще не поняла этого, но обрекла себя на поражение по всем фронтам.

Она стала гордостью отцовской фирмы, но по глазам дочери Гаэль видела, как ей одиноко и она по-прежнему понятия не имеет, что в жизни главное. Все ее мысли были только о бизнесе и сделках. В ней не было отцовской доброты и материнского тепла.

К тому времени как Доминика отпраздновала сорокалетний юбилей, Дафне исполнилось двадцать два и она училась на медицинском факультете. Сестры не виделись девятнадцать лет.

Дафна была радостью родителей. В двадцать три она вышла замуж за однокурсника, а еще через год у них родилась дочь Дельфина. Гаэль было уже шестьдесят пять.