Дело спящей красавицы (СИ)

— Адрес ее я нашла в твоем ежедневнике под литерой «А». В конце концов, у тебя свидание…

— Мы встречаемся как друзья… — поправил я бухгалтера.

Но она продолжила, не обратив на мои возражения внимания.

— … и если ты приедешь к ней на такси, — на последнем слове она скривилась, словно откусила лимон, — да еще без цветов, то это будет ужасно. А если с цветами, которые ей потом придется носить с собой, то будет еще хуже.

— Вы слишком умная, — проворчал я, понимая, что и впрямь бы не догадался поступить правильно.

— А прямо сейчас, — женщина покосилась на часы и добавила, — Арина получит красивый букет, которому будет очень рада. Она сможет подобрать для него вазу, потом поставить на стол, затем на другой и на третий, пока не поймет, где цветы смотрятся лучше.

— Девушки все так усложняют? — смущенно спросил я.

— Имеем право, когда приходится терпеть рядом с собой таких вот недальновидных как ты.

— Мы с Ариной всего лишь коллеги.

— Было бы идеально это исправить, — сурово перебила меня женщина.

— Я против служебных романов, — выдал последний козырь.

— Семейный бизнес зачастую самый успешный, — легко парировала Любовь Федоровна, а потом махнула рукой. — В любом случае, решать тебе. Но помни: если упустишь эту девушку, то будешь жалеть всю свою жизнь.

Я покачал головой, подумав, что иногда эта женщина становится просто невыносимой.

— Закажите цветы себе, — решил сбить боевой настрой с бухгалтера. — За мой счет. Составьте для себя любой букет и выбирайте для него стол и вазу сколько пожелаете.

— А ты не такой уж и безнадежный, — хмыкнула Виноградова.

Я отчего-то сразу вспомнил такую же реплику, сказанную мне Боной Витой и сделал мысленную пометку, обязательно разобраться с неприятной ситуацией, связанной с этой скандалисткой.

— Кстати, о красивых жестах, — женщина протянула мне узкую коробочку из синего бархата. — Преподнеси эту безделицу Арине. Уверена, что ей понравится.

Я поднял крышку и увидел изящную острую шпильку из белого металла с темно-синим камнем на вершине.

— И не вздумай говорить, что это лишнее, — предвосхитила мои возражения Любовь Федоровна. — Это не кольцо и не кулон, который можно принять за слишком личный аксессуар. Просто вещица, которая сделает девушку довольной. Ею удобно открывать письма. Или ткнуть кого-нибудь наглого.

— Это ведь ваше, — смутился я.

— Мне ее точно уже не поносить, — беспечно отозвалась Виноградова и с теплом окинула украшение взглядом. — Когда-то мне ее подарил один дорогой человек.