Дело оперское. Рокировка

Он в своей жизни расколол много сильных людей, и знал, как это самое нужно делать…

— Пройдемте в комнату для допросов… — предложил Вадим.

— Никуда я не пойду! — заявил Мыскин. — Не хочу!

Иван знал, как с ним разговаривать и с маху сзади ударил капитана в печень. Тот скривился, Иван сказал:

— Что, Иуда, прошлые уроки на пользу тебе не идут? Бегом, куда сказали!

Через минуту Мыскин сидел в комнате для допросов. Напротив него сидел Иван, а Вадим стоял сбоку с видеокамерой.

— Это что? — спросил Иван, показывая капитану тетрадь.

— Почем я знаю? — выкатил глаза капитан. — Впервые вижу. Доказывайте, работа ваша…

— Знаешь, чем это пахнет? — спросил Иван, поднеся свернутую тетрадь прямо в лицо Мыскина.

— Да иди ты знаешь куда?

— Нехорошо так говорить… — сказал сбоку Вадим. — Я же снимаю на видео…

— Да мне плевать…

Иван поднялся со стула, прошел к выходу из комнаты и пригласил войти Романа и Виктора:

— Сейчас я, в присутствии понятых, произведу изъятие телефона… — сказал Иван.

Получилось громко и красиво. Мыскин «поплыл». У него изъяли сотовый телефон.

— Ну, а теперь что? — устало спросил Мыскин.

— А теперь личный досмотр… — предложил Вадим.

Шилов усмехнулся про себя: увлекшись телефоном и журналом, он совсем упустил из виду то, что Мыскин мог забрать из дома Уткиной остатки наркотиков… благо, что старший группы оказался рядом…

Мыскин дернулся, но на этот раз уже вяло — Иван быстро его успокоил, а еще через две минуты извлек из кармана капитана шприц с запрессованным в него опием.

— Ага, у нашего капитана еще и «ханка» с собой имеется… — усмехнулся Вадим. — Зачем тебе столько?

Мыскин не ответил. Юрьев мгновенно изменил тон разговора:

— Я задал вопрос!

— Я не буду отвечать…

— Ладно, не отвечай, — согласился вдруг Иван. — Мы и так все знаем.