Дело Аляски Сандерс

* * *Маунт-Плезант

Январь 1999 года

Аляска назначила Эрику встречу в “Сизон”. Когда он пришел, она сидела за отдельно стоящим в глубине зала столом и явно нервничала.

– Выпьешь чего-нибудь? – спросила она.

– Я попросил у Реджайны кофе. Что у тебя такого срочного?

– У меня проблема, Эрик. Мне нужны десять тысяч долларов.

– Неслабая сумма. Зачем тебе эти деньги?

– Задолжала Льюису Джейкобу. Короче, не твое собачье дело. Можешь мне помочь или нет?

– Ты большие деньги просишь. С чего ты решила, что я такой богатый?

– У тебя было хорошее место в Салеме, ты живешь с родителями, значит, тебе не надо все время тратиться.

Эрика позабавила последняя фраза:

– Какие такие гарантии?

Она показала золотые часы, и Эрик восхищенно присвистнул:

– Ничего себе! Вещичка что надо!

– Знаю. Часы золотые, браслет из крокодиловой кожи. Они стоят добрых тридцать тысяч долларов. Я тебе их оставлю в залог. Когда расплачусь, ты мне их вернешь.

– Если не расплатишься в течение года, они мои.

– По рукам, – сказала Аляска. – Только об одном тебя прошу: не носи эти часы, а главное, ничего не говори про нашу сделку Уолтеру. Он не поймет. Я могу на тебя рассчитывать? Все должно остаться между нами.

– Секреты я хранить умею, – заверил Эрик.

– Когда ты можешь принести деньги?

– Да хоть сейчас, банк напротив.

* * *– Мы пошли в банк, – рассказывал Эрик. – Я снял деньги, Аляска отдала мне часы. После ее смерти я не знал, что мне с ними делать.

– Почему ты ничего не сказал полиции? – спросила Лорен."

"– Это была бы еще одна улика против меня. Я же чувствовал, что с этими часами дело нечисто. Особенно когда Аляска велела ничего не говорить Уолтеру. Расскажи я тогда копам, закопал бы себя еще глубже. Что это за история с кражей?

– Отец Аляски обчистил ее счет, – объяснил Гэхаловуд. – Она хотела отомстить или по крайней мере возместить убытки. Значит, Аляска сказала, что эти десять тысяч долларов предназначались Льюису Джейкобу?

– Да.

– Именно это мы и собираемся сделать.

Эрик Донован попал в переплет, вынужден был молчать и тем самым затруднял расследование. Все, что он мог выложить полиции одиннадцать лет назад и что позволило бы взглянуть на дело под другим углом, усугубило бы его положение. Сходным образом отец Аляски, так сказать, попал в собственную ловушку.