Данияр. Не буду твоей невестой

Много строго одетых мужчин разного возраста, женщин, девушек… Все одеты ярко, безумно стильно, как мне кажется с перепугу.

Мы с мамой, в наших скромных закрытых платьях, здесь, кажется, чуть-чуть не в тему…

Но через пару мгновений я замечаю кое-где женщин в строгих платьях и платках, и чувствуют они себя очень даже свободно, стоят группками, разговаривают, смеются…

— О, вон там Заира! — показывает мама в угол, где стоят несколько женщин.

— Давайте сначала поздороваемся с главой города и министром здравоохранения, — решает папа, — а потом уже идите к женщинам.

Мы идем через толпу."

"Я чувствую, как на меня смотрят. И не просто смотрят, а словно на мельчайшие частички раскладывают и изучают каждую под микроскопом! Б-р-р… Неприятно как! И сразу становится не по себе: вдруг, что-то не так с одеждой? Или с прической?

Но спину держу прямо, подбородок высоко и даже легко улыбаюсь, поддерживая честь семьи.

Мы — Алхановы.

И это много значит.

Отец подходит к группе мужчин в строгих костюмах, что-то живо обсуждающих.

— Добрый вечер! Прекрасный прием!

— О-о-о!!! — разворачивается к нам строгих седой мужчина, — Алхановы прибыли! Рад, очень рад!

Отец тоже улыбается, кивает, знакомит нас с хозяином приема, главой города, потом еще с кем-то и еще.

Каждый раз называет имена, которые я не запоминаю от волнения.

Вся я сейчас сосредоточена только на том, чтоб держать спину, улыбаться и кивать.

Больше от меня, собственно, ничего и не требуется.

Мужчины сдержанно отвешивают комплименты нам с мамой, интересуются, как мы адаптируемся, как мама начала работать на новом месте, где я учусь.

Отец коротко рассказывает про университет.

— Кстати, мой внук учится в этом университете, возможно вы встречались… — долетает до меня фраза министра здравоохранения, — Данияр, подойди сюда, мой мальчик!

Я моргаю, все еще держа лицо, улыбаюсь.

А у самой ноги подкашиваются.

Он здесь.

Всевышний, он здесь!

Глава 5.

Он стоит прямо передо мной.

Высокий. Грозный. Чертовски уверенный в себе. И так близко, что мне кажется — ещё чуть-чуть, и я услышу, как бьётся у него сердце.

Под рубашкой его здоровенные плечи кажутся ничуть не менее мощными и опасными, чем под футболкой. Я на мгновение зависаю, упёршись взглядом в расстёгнутую верхнюю пуговицу его рубашки, в широкую крепкую шею, чью смуглую кожу оттеняет белоснежная ткань.