Чёрно-белый танец

Даша вошла в ванную комнату и прислонилась к закрытой двери. Она так спешила домой, а, оказавшись дома, почувствовала себя неуютно. Синеглазова предупреждала, что у неё первое время будет наблюдаться депрессивное состояние, но от этого легче не становилось. Она чувствовала себя отвратительно.

Открыв краны, Даша села на край ванной и подставила ладонь под теплую струю воды.

Всё будет хорошо.

Она в это верила.

Андрей приготовил великолепный ужин, как и обещал.

— Андрюш, ты меня набалуешь, смотри, привыкну, так и буду постоянно клянчить, чтобы ты готовил еду.

— Я пока не возражаю, а там посмотрим, — он заговорщически ей подмигнул.

Потом они вместе смотрели фильм по видео. Даша с ногами забралась на диван и прижалась к Андрею. В его объятиях было тепло и уютно. Не смотря на хорошую игру актеров и приличный сценарий, фильм не захватил Дашу, и она смотрела его не внимательно, постоянно отвлекаясь на невеселые мысли.

А ночью, когда она чувствовала рядом спокойное дыхание Андрея, Даша, не двигаясь, лежала на спине и уже ни о чем не думала.

Ей пришлось несколько раз встретиться со следователем. Она терпеливо отвечала на все вопросы. Андрей каждый раз ждал её в соседней комнате или в приемной отделения милиции. Одну он её никуда не отпускал.

Даша не возражала, чтобы он её сопровождал. Его присутствие рядом успокаивало и давало возможность расслабиться, не напрягаться.

Лена предлагала встретиться и сходить в ресторан, немного развеяться, но Даша отказалась, сославшись на плохое самочувствие.

"Выписали Дмитрия. Но Даша его не видела. Она даже не знала, где он сейчас живет. Она всё собиралась поинтересоваться, но как-то постоянно забывала. О начале бракоразводного процесса молчали оба.

Был вечер. Часы на стене показывали десятый час. Андрей что-то делал в соседней комнате, которую он временно превратил в рабочий кабинет, завалив бумагами, книгами и расчетами.

Рядом на столике стоял бокал с красным вином, и девушка сделала небольшой глоток. Потом ещё один.

Она не заметила, как допила вино в бокале, но вставать и идти на кухню, где осталась бутылка, было лень.