Королева отморозков

Только они не учли, что Бульдог не продажная тварь и на деньги не поведется.

– Ты думаешь, мы когда-нибудь еще увидим Бульдога?

– Я надеюсь на это. Мне бы очень хотелось, чтобы он по-прежнему был с нами.

Приехав на дачу, я зашла в свою спальню и налила себе добрую порцию лондонского джина. Сорок семь градусов сделали свое дело. Я почувствовала легкую слабость в ногах и приятное головокружение. Затем вспомнила про Юльку и быстро нашла Гарика.

– С кем осталась Юлька?

– Там с ней дежурят двое наших людей.

– Ее срочно надо перевезти в другую больницу. Эта слишком известна, поэтому с Юлькой в любой момент может что-нибудь случиться. Недоглядят ребята, и все.

– Что ты предлагаешь?

– Я бы с удовольствием перевезла ее из больницы сюда, но ее состояние слишком серьезное для того, чтобы находиться дома. Ей необходимо круглосуточное врачебное наблюдение. Попроси кого-нибудь найти хорошую частную клинику, а еще лучше займись этим сам – все-таки Юлька моя подруга, и я могу доверить это поручение только тебе.

Это даст нам возможность контролировать все входы и выходы. Пусть будет всего лишь несколько пациентов и с десяток хороших врачей. По деньгам не смотри, сколько бы это ни стоило. Как вернешься – поговорим и разработаем план дальнейших действий.

Гарик кивнул и уехал, а я опять зашла в свою комнату и выпила точно такую же порцию. Затем умылась, почистила зубы и расчесала волосы. Без Бульдога стало как-то пусто и неуютно, словно от меня оторвали что-то дорогое, кровное и тем самым сделали совершенно одинокой и глубоко несчастной.

– Ну, где наш заключенный?

– В подвале.

– Пошли. Я хочу с ним поговорить.

Мы спустились вниз и прошли в «камеру пыток». Я дала знать, чтобы меня оставили одну, и села на стул, стоящий у двери. Передо мной прямо на полу сидел человек в грязной, замусоленной рубашке и ободранных штанах.

Его лицо было бледным, скулы ввалились, а под глазами появились черные круги. На руках были надеты наручники, пристегнутые другим концом к батарее. Цепи были длинными, около метра, вероятно, для того, чтобы он мог самостоятельно ходить в туалет. Рядом стояло ведро и пустая железная тарелка. Мужчина поднял голову и затравленно посмотрел на меня.

– Привет! Как дела? Я смотрю, ты у нас уже прижился… Говорят, ты жаждал меня увидеть.