Королева отморозков

Неужели я влюбилась в этого наглого сукиного сына?! Будь он проклят! Как можно после всего, что у нас было, делать вид, что он совершенно меня не знает?! Одет он как-то странно – в спортивный костюме Бульдог никогда раньше не носил такие вещи. Это совершенно не его стиль…

Я поняла, что нельзя терять ни минуты, и толкнула Гарика в бок:

– Приведи его в машину.

– Как скажешь.

Гарик с Жориком направились к Бульдогу, а я села в машину, открыла окно и стала наблюдать за дальнейшим поворотом событий. Когда мои ребята подошли к Бульдогу, тот резко развернулся и пошел в противоположную сторону.

Я поняла, что бежать он никуда не собирается."

"Бульдог обладает фантастической силой. Если ему что-то не понравится, он может разозлиться и уложить моих пацанов прямо на асфальт. Естественно, что Гарик в этом случае не останется в долгу, он достанет пушку и пристрелит Бульдога. Вот этого-то я и боялась больше всего. В голове не укладывалось поведение Бульдога. Почему он себя так ведет? Почему не хочет сесть в машину и объясниться? Я придирчиво оглядела его спутницу.

Она была до смерти напугана, и лицо ее сравнялось по цвету с ярко-красной юбкой, выглядывающей из-под длинного пиджака, поэтому судить о преимуществах ее внешности было довольно тяжело.

Я заметила, как в руке у Гарика что-то блеснуло, и я сразу поняла, что Гарик достал пистолет. Мне захотелось выскочить из машины и громко закричать, чтобы он не убивал Бульдога, но Гарик словно прочитал мои мысли и ткнул пистолетом не в Бульдога, а в бок его спутнице.

Сейчас станет ясно, дорожит Бульдог своей спутницей или нет. Оказалось, что все-таки дорожит. Он что-то сказал свой подруге и направился к моей машине. Чем ближе он приближался, тем сильнее стучало мое сердце. Хотелось отправиться на тот свет от стыда, унижения и собственной беспомощности. Я с трудом взяла себя в руки, и, когда открылась дверь машины, лицо мое было безразличным.

Бульдог окинул меня свирепым взглядом и сея на заднее сиденье. Я отодвинулась к окну. Гарик, как всегда, устроился впереди, а Жорик – рядом с Бульдогом.

Когда наш «мерс» тронулся, я посмотрела назад и увидела одинокую, до смерти испуганную девушку, которая грустно смотрела вслед отъезжающей машине. Что происходило внутри, она увидеть не могла, так как более темных тонированных стекол не сыскать во всем Питере.

Гарик повернулся ко мне и зло проговорил:

– Чупа, Бульдог меня заставил изрядно понервничать! Он, я смотрю, приборзел, гнида! В тачку не хотел идти.